Все начали отряхивать пыль и паутины, больше всех измучилась Аня со своими растрепанными волосами, в отличие от Оли, у которой был простой узел на затылке. Коридоры становились все ужасней, возле стен лежали открытые гробницы, где были похоронены гнилые обглоданные скелеты.

— Фу-у… — брезгливо фыркнула Аня.

Один только Денти не обращал на это внимание, он просто шел направляющим в колоне и освещал путь. Вскоре на коридорах начали появляться проемы, ведущие в полную темноту. У Антона не было желания смотреть, что в этих комнатах, да и находиться в таком жутком месте уже не хотелось…

— Сэр Андрей, — запищал Денти, — мы почти пришли к подземному городу.

— Тут нет никаких Андреев, — мрачно сказал ему Феодосий, — я тебе тысячу раз повторял, что его зовут Антон, а не Андрей.

— Да ладно, Фед, пусть так называет, — махнул Антон рукой, — ему так, наверное, привычней.

Проемов становилось больше, и вскоре этот длинный жуткий тоннель привел ребят к огромному холлу. Стоя у порога, Антон разглядывал каждую деталь этого загадочного места. Потолок холла был невероятно огромен, возле стены стояла гигантская глиняная статуя лица, в котором Антон мгновенно узнал Эрамгедона. По центру холла расположился огромный фонтан, наполненный темной жидкостью. Все стены были исписаны рисунками.

Ребята разошлись по этому холлу и начали смотреть на то, что их больше привлекло.

— Какая странная жижа, — с усмешкой проговорила Оля, стоя около фонтана. Девушка коснулась водой кончиком пальца. Аня, Леша и Феодосий тоже смотрели на него, только Аня и Леша с интересом, а Феодосий с отвращением.

— Зачем ты это делаешь? — брезгливо спросил он у Оли, когда девушка окунула в водоем два пальца. — На вид полная дрянь.

— Да нет, — покачал головой Леша, тоже окунув в омут руку, — такая приятная вода…

— Ага, — кивнула Аня и тоже намочила этой водой свои пальцы.

Феодосий скривил лицо в отвращении. Денти с ужасом смотрел на статую Эрамгедона и немного дрожал, ощущая, как сквозь твердую глину в его плоть просачивалась вся жуть, шедшая от Эрамгедона.

А только одного Антона заинтересовала не статуя с фонтаном, а рисунки на стене.

Парень подошел к стенам и смотрел на рисунки. На них была изображены странные пришельцы со светло-серой кожей, четырьмя руками, лысой блестящей головой, двумя глазами на лице и одному на груди. «Сэйлансы», — понял парень, глядя на рисунки.

Он заметил, что на стенах была построена странная композиция: поначалу сэйлансы кланялись во весь рост сидячей темной фигуре в балахоне, чье лицо прикрывал капюшон. Фигура сидела на троне и своим красным скипетром касалась спины народа. На другой картинке сэйлансы окружили своего правителя и пинали его, а один из них проткнул тело правителя скипетром насквозь. На третьей были изображены гробница и сундук, где в одном была заперто тело, а в другом душа темного правителя. На четвертой возле гробницы и сундука склонилась фигура человека, и следом за этой картинкой гробница с сундуком настежь распахнулись, и перед фигурой человека появился возрожденный правитель. В шестой картинке фигура человека боролась с несколькими другими фигурами, а правитель молча наблюдал за этим. Фигура человека одержала над врагами победу и после надевала на свою голову корону. Когда она надела, начала задыхаться и тонуть в своей крови, а фигура в балахоне надевала его корону и садилась за трон. И возле этих картинок была расцарапана надпись, написанная древним языком. «Пророчество» — осенило Антона.