Церцея с добродушной улыбкой взглянула на девушку. В выражении лица Летисии было видно какое-то благоговение, смешанное с восторгом.

— Верно. Я была тем, кто решился собрать вместе кочевавший народ и построить на этих землях первый город. Надо сказать, получилось у меня хорошо.

Церцея закивала, и тогда следом за ней говорить продолжила сама Летисия:

— Вскоре после этого наше королевство начало разрастаться. Соседние народы сами присоединялись к нам, когда узнавали, что им управляете Вы.

— Да, примерно лет тридцать я только управлением и занималась. — Церцея отвела взгляд и недовольно поджала губы. Радость в ее глазах исчезла. — Если спросите мое мнение, работа такая себе. Мне не нравится нести ответственность за чужие жизни, это сразу вводит меня в уныние.

— Поэтому вы решили передать свою власть потомкам?

— Верно. — Церцея вновь улыбнулась. — Я отдалилась от дел и передала бразды правления первому в вашей истории королю. Тогда его звали Амелотом. После этого жизнь наладилась. Королевство росло, богатело, им управляли за меня, я лишь отдыхала и особо не контактировала с внешним миром.

— И что произошло?

Церцея устало покачала головой. Казалось, будто события тех дней для нее были также ярки, как и то, что случилось вчера.

— Сын Амелота, Федерий, предал меня. Ему не нравилось то, что народ даже после смены правителя больше почитал первоосновательницу. Он собрал армию и пошел на меня. В первый раз его войска разбежались в страхе, стоило мне прикрикнуть. Во второй раз он уже рискнул воспользоваться магией, а в третий раз призвал церковь, чтобы изгнать меня. Как вы понимаете, я была против. Да и мое терпение было не резиновым.

— И тогда вы наслали проклятие на свои земли?

Марс задумчиво сощурился. Теперь, когда Церцея разговаривала с ними, она казалась совершенно не такой, какой он себе ее представлял. Церцея из его воображения была властной и резкой волшебницей. Она не терпела оплошностей и покарала любого, кто шел против нее. В общих чертах ее даже можно было назвать идеальной.

— Да, — отвечала Церцея. — Я поставила условие, в случае выполнения которого проклятие сразу бы исчезло. По этому условию у них было два варианта. Первый: прямой наследник приходит ко мне и приносит свои официальные извинения. Второй: они пытаются как-то самостоятельно бороться с проклятием. Как вы знаете, выбрали они второй вариант.

— Кто догадался использовать призванных для обряда? — в разговор вмешался Гил. — Вы специально наслали именно такое проклятие?

Церцея недовольно нахмурилась, будто бы эти слова ее задели. Однако, смотря в глаза Гила, который еще недавно должен был стать жертвой, она не испытывала к нему неприязни.