Я шмыгнула носом, откинула со лба прилипшие пряди – они незамедлительно прилипли снова – и важно спросила:

– Сколько?

Пусть не думает, что я не могу заплатить! Я откладывала с каждой стипендии и брала ночные смены в больнице – подрабатывала сиделкой, специально чтобы на практике не думать о деньгах.

– Для вас – десять медных монет.

«Сколько?» – едва не задохнулась я.

Нанять обычный конный экипаж в три раза дешевле. Но выбора не осталось: во-первых, у меня скоро оторвется рука или ручка у чемодана – как пойдет, а во-вторых, я понятия не имею, где искать Гоблинский переулок, в котором куратор курса сняла для меня комнату в доходном доме с пансионом. Я только знала, что больница, где мне предстоит проходить практику, располагается неподалеку.

– Хорошо! – гордо сказала я. – Но вы поможете мне положить чемодан в багажное отделение.

Орк, ворча, выбрался наружу, а я нырнула в салон, пахнущий кожей. Потерла друг о друга дрожащие от холода ладони и достала из наплечной сумочки клочок бумаги, на котором был записан адрес.

– Гоблинский переулок, шесть.

Возница, уже вернувшийся на свое место, оглянулся и уставился на меня со странным выражением лица. С эмоциями у орков беда, их физиономии будто из куска гранита вытесали: квадратные челюсти, квадратные носы, крошечные глаза. Но, клянусь, этот смотрел с изумлением.

– Вы точно уверены, что вам именно туда? – буркнул он. – Юным леди там не место!

– Я не леди! – отрезала я. – А целитель!

Смутилась под недоверчивым взглядом и уточнила:

– Будущий. Пока окончила третий курс и направлена в ваш городок на практику. В больницу, что находится в Гоблинском переулке. Слышали о такой?

– А, это та, где ошивается всякое отребье?

Я пожала плечами. Потом кивнула. Вдруг захотелось выбежать из мобиля, остановить поезд, запрыгнуть в вагон и немедленно отправиться в обратный путь. Но нет, разве я отступлю перед трудностями?

Орк остановил свой чудо-агрегат посреди огромной лужи. Впрочем, все тротуары города превратились в одну большую лужу. Дождь, вопреки ожиданиям, лить не перестал, наоборот, усилился.

Возница вытащил вещи, вручил мне. Мобиль, который сейчас больше напоминал лодку, чем сухопутное средство передвижения, скрылся в туманной дали, поднимая волны.

Я почти одолела полосу препятствий в виде бурного ручья и даже вступила одной ногой на бордюр. Но тут ручка чемодана все-таки не выдержала! Он грохнулся, раскрылся, и книги, драгоценные книги, за которые университетский библиотекарь задушит меня собственными руками, разлетелись по дороге.

В спешке я принялась собирать их и перетаскивать на крыльцо дома, в котором мне, по всей видимости, предстояло жить. Медная цифра «6» качалась на цепях, привешенных к козырьку. Случайный прохожий – мальчишка-гоблин – присел над фолиантами, и я уже хотела сказать ему сердечное спасибо за помощь, как внезапно он, паршивец, схватил два тома и бросился бежать, расплескивая воду.