Королевства не особо стремились взять под контроль Южную степь. Поскольку с её большой протяжённостью, для этого потребовалось бы поставить не один город. Учитывая суровые условия и обеднённость Степи полезными ресурсами, её освоение казалось королю нецелесообразным. Но всё изменилось, когда королю Аквиле сообщили о чудо-жидкости, используемой степными дикарями для освещения. Король поручил принцу Эриху разработать генеральный план получения контроля над Южной степью пусть даже в длительный срок, но с минимальными затратами и потерями, поскольку экономика была и так подорвана атаками дракона и периодическими набегами гремлинов. Принц с энтузиазмом взялся за это дело, его молодая кровь бурлила, он жаждал приключений и славы. Отправляясь в Южную степь, он подолгу оставался там, укрепляя свой авторитет среди местного населения.

Сентябрь 745 года (314 года от Рождения Пламени)

Равандил с успехом закончил обучение охотничьему ремеслу, под руководством Элбримира. Как и полагается хорошему ученику, он превзошёл в мастерстве своего учителя, став самым умелым охотником в Лесном братстве. Элбримир поистине гордился им. Единственное, что ещё оставалось сделать Равандилу, что бы испытать свои навыки — оседлать единорога.

— Ну что, ты готов проверить свою ловкость и удачу? — бросая вызов, спросил Элбримир.

— Готов. — уверенно ответил Равандил.

— Тогда в путь! Дальше ты отправишься в одиночку, я тебе уже не помощник. — сказал Элбримир, передал Равандилу лассо и повернул своего единорога.

— Хорошо. Надеюсь, скоро увидимся!

— Удачи! — крикнул Элбримир, уезжая обратно в лагерь.

Равандил остался один в лесу, пешком. Ему это было не впервой, и на этот раз он был готов. Разум его был чист, мысли ясны, цель обозначена. Беззвучными шагами он направился на юго-восток, туда, где чаще всего встречались единороги. Через три дня скитаний по лесу, эльф нашёл следы, оставленные единорогом. Невнимательный взгляд легко бы спутал их с лошадиными, но только не Равандил. Зоркий эльф сразу же заметил их более квадратную форму. След был совсем свежий, а значит, есть вероятность, что единорог уже почувствовал присутствие эльфа. Вскоре Равандил обнаружил ещё следы — единорогов было трое, все они шли к водопаду, шумевшему неподалёку. Прикрываясь шумом воды, эльф приблизился к реке и увидел на берегу, сразу за водопадом, единорогов. Двое постарше стояли чуть поодаль, а один, молодой, с каштановой шерстью и бронзовой гривой, скакал по воде у самого берега. В какой-то момент, единорог оказался совсем рядом с водопадом, практически под Равандилом. Что бы ни упустить возможность, эльф совершил резкий прыжок и приземлился прямо на спину единорога. Но не успел он схватить его за рог, как зверь встал на дыбы и скинул «наездника». Очутившемуся на песке эльфу пришлось уворачиваться не только от магических залпов, но и от копыт животного. Встав на ноги, Равандил оказался между единорогом и проходом в лес мимо скалистого склона водопада. Ни секунду, ни задумываясь, животное, пустив магический залп, кинулось прочищать себе путь, преграждённым эльфом. Едва увернувшись от магического удара, Равандил подскочил вверх что есть силы и, поворачиваясь вокруг своей оси, правой рукой схватился за рог, а левой изо всех сил вцепился в гриву. С висящим на боку эльфом, единорог проскакал пару десятков метром и остановился, смиренно опустив голову. Он признал Равандила своим наездником. Эльф взобрался на спину единорога и, переводя дух, стал гладить его по шее, налаживая связь.