Кос нырнул за ним, но в этот раз уже он уже не мог в последнюю секунду поймать его крюком. Зюник падал слишком быстро. Кос перегнулся через водосток в то самое мгновение, как его напарник ударился о мостовую далеко внизу.

Молодой ‘джек не мог пошевелиться. Он слышал шаги и увидел знакомую парую сапог, наступившую на край крыши рядом с ним. Не в силах оторвать глаз от изувеченного трупа Зюника, Косу все же удалось подняться на колени.

- Это было неожиданно, - сказал эльф.

- Да, - сказал Кос, не в состоянии вызвать в себе что-нибудь, вроде злости или хотя бы страха в этот момент.

- Ты не виноват, воджек, - продолжал охотник. – И у меня не осталось на тебя времени. Думаю, у тебя серьезные неприятности. Но то, что я сказал ранее, не меняется. Никто ничего об этом не узнает от…

Кос в одно мгновение поднялся на ноги и схватил эльфа за горло. Глаза эльфа округлились от удивления, но он без труда оттянул руки воджека от своей шеи и крепко сжал руки Коса.

- Как я сказал, - продолжил эльф, - никто об этом от меня не услышит.

- Убирайся прочь, - сказал Кос. Его руки дрожали, и он не мог поднять глаз на эльфа.

– Если я увижу тебя на моих улицах еще раз…

- Угрозы ничем тебе не помогут, - ответил эльф. – Но, поверь мне, в этот район я вернусь уже не скоро. После этого, мне сильно повезет, если я найду хоть какую-то работу в здешних окрестностях.

Тихо, словно кот, охотник перешел по крыше, и с удивительной нежностью достал тело девочки из-под обломков. Он уложил ее тельце на одной руке. Если бы не ее пропитанное кровью платье, она походила бы на мирно спящего ребенка.

- Знаю, ты не хочешь от меня больше ничего слышать, - сказал эльф перед тем, как исчезнуть за лестницей на дальнем краю крыши, - но я дам тебе один бесплатный совет: Не бросай. В тебе есть что-то, чего нет во многих подобных тебе. В тебе есть порядочность. Ты мог позволить ему убить меня.

- Я сказал, убирайся, - сказал Кос.

- Ладно, - сказал эльф. – Еще увидимся, ‘джек. – Охотник достал крюк, такой же, как у Коса, и перебросил его на другую сторону. Секунду спустя, он, вместе со своей жуткой ношей, скрылся из вида.

Колени Коса наконец сдались, и он тяжело сел на склон крыши. Теперь у него был выбор.

Он мог прислушаться к собственной совести и рассказать правду. Он мог замарать досье и имя великого Микзила Зюника, и раскрыть всю мерзость происшедшего. Зюник превратился бы в лучшем случае в предостерегающую, поучительную историю, его замечательная карьера была бы забыта, перечеркнута кровавой ошибкой, которая заставила его покуситься на убийство невиновного, безоружного эльфа.