После такой речи, чтобы не возникало вопросов, я сам оборвал разговор, просто направившись по коридору в противоположную от близняшек сторону.

— Да как ты посмел открыто высказывать мне своё мнение в присутствии моих дочерей, да ещё повернулся спиной к императору Новой Магической Москвы! — рявкнул блондин. — Смерти ищешь⁈

Ну звездец.

Интересно, какова вероятность того, что в первый же день попаданчества я «унижу» на боевой арене дочек императора какой-то там Новой Магической Москвы, а потом и самого императора?

Либо чёрная печать Короля последнего данжа на меня так повлияла, либо я просто очень везучий боевой маг… везучий на неприятности.

Что же, этот блондин, видимо, действительно является главным в этом мире. И раз он без охраны, то считает себя ещё и сильным.

Мои способности он увидел на арене. Значит, нужно показать ему, что увидел он не всё. А ещё поставить на место выскочку, который решил, что я — это «ничто».

— Мужик, похоже, ты не понял, с кем имеешь дело, — улыбнулся я, уверенно ступая в сторону Морозова старшего. — Мне до жопы Вэлгора, кто ты там такой в своём мире! — усилил я свой голос, наполнив его Ледяным Дыханием Вальдарийского Дракона, отчего блондин явно пересрал. Он не ожидал такого ужаса, доносящегося из уст якобы обычного ученика Боевой Школы Беляевых. — Либо ты заканчиваешь нести чушь и отваливаешь от меня, либо через три секунды две красавицы будут оплакивать труп своего отца. А может, и радоваться. Потому что я что-то не заметил, чтобы ты уважал своих дочерей, тварь… божья! — ответил ему точно так же и с такой же паузой.

Мой ответ был пафосным и ясным, как солнце на боевой арене, которого я не видел уже четыре года из-за постоянных данжей со своим напарником Вэлгором. И по спине императора, который сто процентов считал себя богом в своей Новой Магической Москве, прошлись очень даже человеческие мурашки.

Близняшки, услышав мою речь, сперва испугались, а потом даже восторгались моей непоколебимой решимостью и смелостью.

Хотя они не знали, что э́то для меня вполне себе обычное общение.

Уж я-то за эти четыре года каких только королей и императоров не встречал в подземельях. И разговоры у нас заканчивались не в их пользу… далеко не в их, раз я́ стою здесь — живой и охренительный.

Тем временем император стал подванивать.

Пот на лбу — это фигня, а вот императорское раздражение — оно-то энергетически смердело сильнее, чем отрыжка моего напарника. Даже моя прана брезгливо «отвернулась».

— Ты будешь и дальше молчать, не зная, что сказать?.. или, наконец, что-то выдавишь из себя? — спокойно добавил я, чем ввёл Морозова старшего в ещё больший ступор.

В коридоре послышались цоканья знакомых каблуков.

Морозов посмотрел мне за спину и усмехнулся.

Я боковым зрением заметил три силуэта.

Конечно же, тень Королевы Марго, чьи роскошные чёрные волосы чуть ли не собирали пыль с кафеля… хотя какая там пыль в таком проветриваемом огромном стеклянном помещении.

— Вот тебе и конец пришёл, т-тва… творческая личность, — шёпотом захохотал Морозов старший.

Кто его назначил императором?

Как такое ссыкло могло им стать?

Почему те, кто засовывают свой гнилой язык в жопу, правят миром?

Или он всё же император чего-то очень маленького?

Ответ не заставил себя долго ждать.

Впрочем, Морозов старший сам проговорился:

— Император Старой Магической Москвы сейчас примет решение, от которого я буду в восторге.

Ага, значит, за моей спиной Королева Марго, ещё одна девушка, ну и император Старой Магической Москвы.

Наконец, я обернулся.

Да вы издеваетесь.

Вот чего-чего, а этого я точно не ожидал.

За мной стояли не трое, а четверо: Королева Марго; её младшая сестричка, она же моя боевая подруга — Беляева Кристина Александровна; необычный котик с обсидиановой шерстью; ну и сам император, который не только держал котика, но и давил лыбу, как Кристина. А самое интересное, что Кристина тоже была похожа на императора.

Вот это поворот.

Беру свои слова обратно насчёт Морозовых.

Говорю заново: какова вероятность, что в первый же день попаданчества я буду замешан в фантастической хрени, где справа от меня встанут дочки-близняшки императора Новой Магической Москвы и сам император, а слева — дочки императора Старой Магической Москвы и сам император со своим котиком, который единственный смотрел на меня как на говно?

Добавлю, что я при этом почему-то не испытывал разочарования, а очень даже кинематографично охреневал от пафоса, пофигизма и красоты обсидианового кота.

Похоже, этот кот с обсидиановой шерстью был мною, только в животном мире.

Кот и его угольные «ласково-неласковые» глазища смотрели мне в душу, а я пытался найти в его глазах нечто похожее на мою душонку, но находил лишь нотки издевательства.

Не знаю, сколько прошло времени, но когда кот и я поняли, что не сможем друг друга переглядеть и нужно взять реванш чуть позже, Королева Марго схватила меня за руку и сказала:

— Вообще-то, нужно отвечать, когда тебя оба императора спрашивают, Воронцов.

— Чё? — не сразу понял я. — А, отвечать. Да, сейчас. — На кота я больше не смотрел, чтобы не сбиваться. — А какой был вопрос, не повторишь?

Почему-то эти слова рассмешили папашу Беляевой Маргариты Александровны. Но вот папашу близняшек такой исход не устроил.

— При всём уважении, Александр Константинович, но этот парень обнаглел в край! — поклонился Морозов старший, указав пальцем на меня.

— Хороший маникюр, — вставил я, смотря на его указательный палец, отчего снова рассмешил императора Старой Магической Москвы. — Тоже сам делал?

— Вы видите⁈ Это ж-животное м-меня…

— Так, хватит! — повысил голос Беляев старший. Его янтарные глаза сверкнули настолько, что даже магическая вспышка прошлась по роговой оправе его очков. — Никто не смеет называть «животным» одного из будущих защитников Старой Магической Москвы. Особенно Вы, Алексей Николаевич. — И Александр Константинович внимательно посмотрел на Морозова старшего.

Котик, кстати, тоже посмотрел на блондина как на говно. Видимо, он на всех так смотрел.

Коты, хули.

А ещё эти священные животные, которым «поклоняются» все маги, включая меня, любят забалтывать.

И вот эта обсидиановая скотина что-то удумала.

Пошептавшись с императором Старой Магической Москвы, котяра снова посмотрел на меня и хитро улыбнулся.

— Я вот что решил, Алексей Николаевич Морозов, — начал Беляев старший. — Раз Вам так неприятен Воронцов Александр Сергеевич, и раз он Вас так сильно обидел, что Вы чувствуете себя подавленным, предлагаю провести дуэль. Вам терять нечего, если считаете, что этот парнишка слаб, задирист и недостоин обучаться в стенах этой школы. Но если окажется, что он самородок, который умудрится ещё до полноценного обучения победить Вас… что ж, тогда Вы потеряете как минимум свой пост… и его займёт Воронцов Александр Сергеевич.

Неплохо. Мужик знает, как разрешить спор.

Пожалуй, если Морозов согласится на дуэль, то я, так и быть, задержусь здесь в качестве нового императора Новой Магической Москвы.

— Хорошо! — разозлился Морозов старший. — Я покажу Вам, Александр Константинович, что этот недоразвитый учен…

— Мы посмотрим на боевой арене, насколько он таков, каким Вы его описываете, Алексей Николаевич! — громко перебил Беляев своего «оппонента». Он посмотрел на двух прекрасных дочек и добавил: — Маргарита Александровна, проследите, чтобы ученики не расходились. Объявите об уникальном бое между императором Новой Магической Москвы и претендентом на эту должность. А Вы, Кристина Александровна, проследите, чтобы Александр Сергеевич Воронцов выступил в новых боевых доспехах.

— Слушаюсь, Александр Константинович! — поклонились обе дочки.

Император Старой Магической Москвы ответил лёгким кивком, после чего пафосно развернулся и отправился, видимо, по своим императорским делам. И лишь его котик продолжал смотреть мне в глаза, напряжённо вцепившись в плечо императора.

А что касается другого главы «империи», то сказать, что Морозов старший сожалел о своём выкрике насчёт дуэли со мной, — ничего не сказать.

Зато я уже́ предвкушал столь лёгкую победу в поединке с блондином, который обосрался по полной.

Эпизод 2

Эпизод 2

— И что это было, Воронцов⁈ — сразу же наехала на меня Кристина, как только мы зашли за угол по коридору.

Я не понимаю, что она от меня хочет. Но и спрашивать нет желания.

Сейчас меня интересует лишь победа на боевой арене, чтобы стать новым императором Новой Магической Москвы.

— Ты вообще слу́шаешь меня⁈ — остановилась черноволосая.

Так-с, руки на поясе — значит злится. Что ж, пожалуй, проигнорирую.

Я пошёл дальше по коридору в сторону раздевалки.

— Воронцов, стоять! — завизжала дочка императора Старой Магической Москвы. — Что с тобой происходит⁈ Ты что́ себе позволяешь⁈

Я вздохнул. Развернулся.

Подошёл к красотке.

Взял её за плечи и поцеловал.

Сперва она пыталась мычать и отнекиваться, но потом расслабилась и уже не сопротивлялась.

Типичная девушка из моего мира, которая злится, но сама не знает, зачем это делает.

Хорошо, что я́ знаю, почему она так поступает, хоть и не понимаю, что именно она от меня хочет. А ещё знаю, как с этим «бороться», потому что мой неожиданный язычок во рту кричащей девушки действует безотказно.

Когда закончил с горячим поцелуем, то просто хлопнул легонько по плечу и подмигнул Кристине: