— Что же ты предлагаешь?

И без того сияющие, глаза архангела озарились высоким вдохновением:

— Полагаю, ты согласишься со мной в том, что, во избежание повторного инцидента, нам важно не столько покарать отступника, сколько продемонстрировать на его примере, какие прискорбные последствия влечет за собой контакт с падшим. С этой точки зрения простое низвержение Азирафеля в Ад, то есть к его приятелю, не возымеет нужного нам эффекта. Ты улавливаешь мою мысль, Сандалфон?

Светлый взгляд Сандалфона вспыхнул ответным восторгом понимания:

— И когда же мы проведем э-э-э… наш показательный урок?

— Прежде всего, надо подготовить контингент, создать у него правильное настроение. Затем дождаться, пока отщепенец совершит еще какое-нибудь непотребство…

— Ждать придется недолго, — усмехнулся Сандалфон.

— И я так думаю. Ты посвяти в наши планы Михаила и Уриила, я поговорю с Гавриилом. Мы должны явить истинное величие.

— Но не много ли чести для одного…

— Не забывай, Сандалфон, — посуровел Глас Божий, — это урок не для единственного преступного ангела, но для сонма непорочных. Дабы укрепили дух свой и впредь строже блюли чистоту помыслов и безупречность поступков.

Глава 2. Любовь до конца Вселенной

Глава 2. Любовь до конца Вселенной

Кроули сидел за письменным столом из цельной мраморной плиты, в обитом пурпурным бархатом кресле с позолоченными подлокотниками, и задумчиво смотрел на высокий фикус в кадке, свое последнее приобретение. Листья растения боязливо жались к стволу.

В жизни демона чего-то недоставало. Досадный изъян объявился среди беспечальных ярких дней, точно лист с пятном в гуще буйной зелени. Ад решил напомнить о себе? Нет, там на удивление держали слово. С Азирафелем тоже все было в порядке, по крайней мере прямо сейчас не требовалось мчаться к нему и вытаскивать из очередных неприятностей.

Демон прислушался к своему состоянию. Все отлично, лучше, чем когда-либо. Тогда откуда взялось это глухое недовольство? Не он ли на днях изобрел на редкость изящный узел в форме тайного знака божества Нергал для запутавшихся наушников? А как хорош оказался скотч со страшно липким и ничем не смываемым следом! Наконец, не его ли гений создал консервные банки, ключи которых отламывались точно на первой трети приоткрытой крышки? Демон самодовольно хмыкнул: да, мастерская работа. Которую некому оценить. Исчезла аудитория. В одиночку изнемогать под грузом собственной шикарности — совсем не то, что в присутствии зрителей, пусть и не всегда понимающих весь блеск твоих решений. Ад забыл о нем, Раю он давно не интересен, люди, пусть и злятся, но благополучно распутывают наушники, открывают консервные банки и отмывают следы скотча, не подозревая, кто все это подстроил. Что же предпринять? Обрушить еще раз сотовую связь в столице?

— Никогда! — воскликнул он. Фикус вздрогнул. — За шесть тысяч лет я ни разу не повторился!

Требуется сотворить нечто не просто новое, но доселе неслыханное, оглушительное, сногсшибательное, чтобы небеса ужаснулись, а в преисподней завыли от зависти. Не инквизиция, не революция, не выборы в парламент России — это уже вчерашний день. А что, если… Да, именно!

Кроули вспомнил, что, кажется, в тот же год, когда ему всучили младенца Антихриста, люди закончили строить какую-то немыслимо дорогую и огромную научную штуку где-то в Швейцарии — самую здоровенную за всю историю человечества. Он еще собирался заняться ею, но сначала отвлекла возня с Уорлоком, потом это дело подзабылось, а дальше стало совсем не до него. И вот теперь время пришло! Умный, красивый, — нет, не «в меру упитанный», а вообще никакого жирка, — демон в полном расцвете сил совершенно свободен и намерен как следует пошалить.

Кроули полез в Интернет, чтобы выяснить название и местоположение громадной штуки. Всемирная сеть послушно выбросила подборку статей и фотографий. Кроули уважительно присвистнул: последний раз подобные размеры встречались ему при осмотре Вавилонской башни. Правда, та лезла вверх, а это сооружение люди зарыли глубоко в землю. И, судя по тому, что оно исправно работало, в Аду по такому поводу и не почесались. Вот что значит разбрасываться ценными сотрудниками! Так и быть, он еще раз продемонстрирует Вельзевул и остальным, как следует внедрять Зло в XXI веке.

Демон оделся для выхода (как всегда, чертовски стильно), надел темные очки, рявкнул на фикус, чтобы не вздумал желтеть, и отправился готовить мегапакость.

Конечно, ему ничего не стоило за доли секунды переместиться из центра Лондона в Женеву, но в таком путешествии не было никакого удовольствия. Кроули нравилось чувствовать скорость, слышать ровный низкий гул двигателя (Уолтер Бентли, не раздумывая, отдал бы душу за его чертежи), ощущать эти полторы тонны алюминия и стали как продолжение себя самого. За сто лет водительского стажа демон успел посидеть за рулем автомобилей всех знаменитых марок мира, но неизменно возвращался к своему «бентли». То была любовь с первой мили и до конца Вселенной.

Ровная широкая трасса стелилась под колеса, дорожные указатели разбегались в стороны, в колонках радовались жизни Queen, несмотря на то, что в магнитоле стоял диск с записями оркестровых сюит Генделя. Впрочем, сегодня Квины пели как никогда в тему:

С паромной переправой на материк Кроули решил не связываться и просто перелетел через пролив, накрыв машину пеленой невидимости. Выбрав нужную дорогу, спустился, сделался видим — и чуть не врезался в грузовик, в последний момент вспомнив о правостороннем движении. Ну какие еще нужны доказательства, что все силы Неба и Ада не способны усложнить бытие смертных так, как это делают сами смертные?

Впрочем, во всем остальном они неплохо продвинулись, особенно если взять XIV век. Да и в XV было не лучше, откровенно говоря. Кроули передернуло от воспоминания о тряском, скрипучем экипаже, в котором ему однажды пришлось тащиться по разбитым дорогам до самой Германии, где намечался крупный шабаш. Грязь, клопы, кислятина вместо хорошего вина на постоялых дворах… А разбойники? Ни один захудалый лесишко не обходился без какой-нибудь шайки, и каждая считала своим долгом ограбить путника, а затем и убить отвратительной корявой дубиной или чем-нибудь столь же мерзким. Правда, в XXI веке желающие развоплотить демона особо болезненным способом не перевелись, просто они сменили дубинки на грузовики и тяжелые мотоциклы.

Пора было свериться с навигатором. Кроули уже оценил все удобства этого прибора, проникся к нему глубоким уважением, и даже решил ради него пока не трогать орбитальные спутники.

Включенный навигатор предсказуемо заговорил голосом Фредди Меркьюри, на разные мотивы выпевая распоряжения повернуть в такую-то сторону или сбросить скорость. Последнее указание Кроули, разумеется, игнорировал — и неплохо развлекся, играя в догонялки с дорожной полицией. Затем, как обычно, исчез у них из-под носа и к вечеру без приключений добрался до цели — швейцарского городка Мерен. Здесь уже навигатор можно было выключить: указатели с надписью CERN[2] вывели английского гостя к светящейся сфере, похожей на огромную елочную игрушку.

Парковка перед центральным входом была почти пуста. Поставив черного тяжеловеса «бентли» рядом с двумя маленькими белыми «рено», Кроули вышел из салона и огляделся.

Прошли те времена, когда его веселила маскировка под слугу, местного рабочего или клерка. Скучно дурачить смертных с их несовершенными органами чувств и такими же примитивными приборами. Не тратя времени на камуфляж, демон вошел в холл, попутно разбираясь, в каком месте лучше всего начать бесчинства и разрушения. Турникеты приветливо щелкнули, открываясь, хотя их сенсоры не получали никакого сигнала. Охранник, уткнувшийся в смартфон, поднял голову, поморгал, точно пытаясь понять, что происходит, затем вновь вперился взглядом в прямоугольный экранчик. Кроули не был причастен к массовому распространению смартфонов, но отдавал должное их потенциальной зловредности.

Из холла он попал в высокий, залитый светом атриум, по периметру которого в несколько ярусов поднимались открытые площадки. Это походило на крупный торговый центр, если бы не компьютеры.

Владыка Самаэль, сколько тут было компьютеров! Светились мониторы, люди деловито переходили от одной машины к другой, что-то набирали на клавиатуре, кликали десятками, сотнями мышек. Тут кипела работа, и Кроули, несмотря на воистину адское самомнение, ощутил легкий укол тревоги: смертные придумали что-то по-настоящему сложное, удастся ли разобраться? Пустяки, тут же приободрился он, обычно чем мудрёней людские устройства, тем проще ломаются, и понимать при этом принцип их работы вовсе не обязательно. Вон у клавиатуры ближайшего компьютера так удачно стоит откупоренная бутылка пива. Начать с нее, потом общий хаос возьмет свое…

Впрочем, надо для порядка заглянуть и в подземную часть. Если верить Интернету, там лежит труба длиной около сорока миль, и вроде бы именно в ней происходит то самое, ради чего построено все остальное. Кроули честно попытался прочесть две-три статьи по теме, но скоро понял, что от такого чтения мозги закипят быстрее, чем при попытке разобраться в Непостижимом замысле. А слова «протон» и «бозон» при соответствующем произношении звучат не менее жутко, чем «Дагон».