«Аббат Баррез? Хотя нет… Он просто управляет монастырем».

«Так ты, вроде как, монах? Я думала, что все монахи должны брить головы».

«Я еще не монах. Я послушник. И нет такого правила — брить голову. Ну, я о таком не знаю, во всяком случае, — он вскинул руки. — Сейчас я вообще уже ни в чем не уверен!»

«Успокойся. Именно поэтому я и объясняю тебе положение вещей. Итак, Гобаханом правит аббат. А здесь, в Равнике, это гильдии. Есть десять гильдий, и все разделено между ними — они управляют всем».

«В Оазисе были гильдии. Это такой большой город в Гобахане. — Он остановился и огляделся. — Но, думаю, Оазис не настолько большой».

«Но достаточно большой, чтобы иметь гильдии?»

«Да. Есть гильдия плотников. И гильдия конюхов. Но вряд ли они чем-то управляют. По-моему, они просто собираются вместе, чтобы выпить эля и пожаловаться друг другу. По крайней мере, такое у меня впечатление сложилось. Я в Оазисе всего пару дней был».

«Ну, наши гильдии занимаются более серьезными вещами. Хотя я уверена, что они пьют эль и жалуются ничуть не меньше. Я знаю, что мой отец пьет эль и много жалуется, а еще он важный воин в кланах груулов».

«Так ты из этой гильдии груулов?»

«Я же тебе говорила. Я безвратная. Это значит, что я еще не вступила ни в какую гильдию. Груул, Ракдос, Селезния. Они все вроде как обхаживают меня. Я пользуюсь высоким спросом, — рассмеялась я. Он не понял шутки. — Шучу. Я не пользуюсь высоким спросом».

«Ладно. Тебе лучше знать».

«А ты милый».

«Я?»

«Мне так кажется. Ты мне уже нравишься. Я рада, что тебя опекаю».

«Я… — он засмеялся. Ну, или мне показалось, что это был смех. Сказать наверняка было довольно сложно. — Думаю, я тоже этому рад».

Он смотрел на меня так, что я чувствовала…ну, не знаю, что я чувствовала.

Что-то вроде смущения?

Я отвела взгляд и сказала себе: «Хватит!».

Или я сказала это вслух? О нет, я же не сказала это вслух?!

Он глубоко вздохнул и спросил: «Что мне еще нужно знать?»

«О, хм…давай подумаем. Гильдии всегда сражаются друг с другом. Мне это кажется идиотизмом. По идее, они настолько разные, что должны бы ладить. Их интересы вряд ли пересекаются. Но они считают, что раз они так отличаются, то должны постоянно враждовать и все такое. И когда все это начинает выходить из-под контроля, конфликт должен разрешить парень, которого зовут господин Джейс Белерен. Его называют Живым Договором Гильдий, а это означает, что все произойдет так, как он скажет. Ну, знаешь, магическим образом. Проблема в том, что он пропал много месяцев назад. Думаю, он как ты. Путешествует из мира в мир. Только, скорее всего, по своему желанию. Ну, в общем, с момента его исчезновения дела пошли хреново, понимаешь? Все гильдии пытались собраться вместе, чтобы остановить какого-то злого дракона, который должен вот-вот сюда явиться. Но госпожа Враска — это мастер гильдии Голгари — убила госпожу Исперию, мастера гильдии Азориус».

«Что? Она убила ее?»

«Ага, и теперь все гильдии ненавидят друг друга. Ну или, знаешь, больше не доверяют друг другу».

«А злой дракон?»

«Не знаю. Думаю, он все еще в пути».

Мы повернули за угол, и я встала как вкопанная. Мы вышли к Площади Десятого Округа, и я поняла, что смотрю на высокий обелиск в центре, увенчанный статуей дракона. Злого дракона, если подумать.

«Ого, — сказала я. — Это что-то новенькое».

III.

Я едва успела отметить новый обелиск в центре площади, когда мой взгляд перескочил на огромную пирамиду в дальнем конце. Когда-то — буквально совсем-совсем недавно — она поднялась из-под земли, разметав здания, сады, и вообще все, что было на том месте. Все это было настолько поразительно, что я едва могла вспомнить, что же там располагалось накануне.

Были ли эти вещи так уж незначительны?

Ирония в том, что таким, как я, забывчивость не свойственна, понимаете?

«Это и есть тот злой дракон?» — нервно спросил Тейо.

Сначала я решила, что он говорит о статуе на обелиске. Но он тоже смотрел на пирамиду. Там, на вершине, была еще одна статуя дракона — только эта статуя вдруг повернула голову и посмотрела в нашу сторону. Я была абсолютно уверена, что она смотрит не на меня, и подумала, что Тейо, возможно, был прав, когда сказал: «Такое чувство, что он смотрит прямо на меня».

Но я ответила: «Это очень маловероятно». Во всяком случае, я начала это говорить. Но вторую половину моей фразы оборвал громкий хлопок и порыв сухого пустынного ветра, образовавшийся позади нас и буквально сбивший меня и Тейо с ног.

Я первой припустила бежать. А Тейо так остался на четвереньках, дрожа и бормоча: «Проснись, проснись, проснись…»

Я обернулась на звук разбивающейся каменной кладки, который эхом разнесся по площади. Гигантский портал — высотой метров пятьдесят — открылся позади нас и мгновенно уничтожил Посольство Договора Гильдий, разделив его точно напополам. Из портала лился мягкий фиолетовый свет. Это выглядело почти успокаивающе, ну, вы понимаете, если не брать во внимание разрушения, которые причинил — и продолжал причинять — разрыв в пространстве. Какой-то огр, прежде чем рухнуть на землю, словно бы споткнулся — добрая четверть его тела просто испарилась при появлении портала. Поврежденный фасад посольства обрушился, похоронив под завалами еще двух зевак.

Это было шоу ужасов. И далеко не такое веселое, как у ракдосов.

Я оглянулась на дракона. Он был слишком далеко, чтобы я могла разглядеть выражение его морды, но я немного умею читать эмоции, и почувствовала, как его разум источает волны злорадства. Волны злорадства — и его имя.

Болас. Никол Болас.

У меня по спине побежали мурашки.

А потом все стало еще хуже…

IV.

Черноволосая женщина в элегантном черном платье осторожно вскарабкалась на обломки. Она добралась до вершины рухнувшей балюстрады, выпрямилась и остановилась.

«Что-то появляется из этой фигуры…» — пробормотал Тейо. Я не сразу сообразила, что он имеет в виду круглый пространственный разрыв. Я посмотрела туда.

Армия. Через портал шла армия. В лучах утреннего солнца воины блестели ярко синим, с металлическим отливом. Я подумала, что выглядят они красиво. Но я не полная идиотка. Армия, марширующая по Равнике, — штука нехорошая, какой бы блестящей она ни была.

Черноволосая женщина поднесла к лицу еще одну блестящую вещь. Когда она убрала руки, я увидела, что это была кольчужная завеса из полированных золотых звеньев, ярко горящих на солнце. На ее обнаженной коже начали светиться лиловые линии — узоры, похожие на татуировки. По-моему, я слышала ее крик. Но я не была уверена, кричала ли она вслух или мысленно.

Или это все была вроде как проекция моих страхов?

Когда голые руки женщины засветились ярче, металлическая армия тоже начала светиться. Даже на таком расстоянии я могла разглядеть, как глаза воинов наливаются лиловым и принимают цвет татуировок мисс Черноволосой. Так или иначе, вся армия остановилась и повернулась к ней, а она вполне ясным жестом приказала своим сияющим войскам развернуться и идти прямо на толпу — на всех этих людей, которые еще не оправились от причиненных порталом разрушений и стояли, тупо уставившись на приближающуюся орду.

^{Liliana, Dreadhorde General | Art by: Chris Rallis}

«Что нам делать?» — прошептал Тейо.

Честно говоря, я понятия не имела, что делать, — ну разве что убежать и спрятаться. Но вместо этого я продолжала стоять в полном оцепенении; и вот первый из металлических бойцов поравнялся с молодой женщиной, пытавшейся освободить своего мужа, парня или брата из-под рухнувшего камня. Она взглянула на приближающегося воина. И даже не пошевелилась, когда он подошел и мгновенно сломал ей шею. Мы были далеко, но услышали, буквально ощутили этот хруст.

«Что нам делать?» — повторил Тейо.

Я не знала. По мере продвижения наступающей армии бойня продолжалась — они шли, убивая всех на своем пути. Когда они приблизились, я увидела, что воины были нежитью: люди, минотавры, авены и другие виды, с ног до головы покрытые каким-то синим веществом, которое и испускало металлический блеск. Скоро они доберутся до нас. Я не могла соображать. Не могла пошевелиться. Не могла даже говорить, что уж действительно мне не свойственно.

И вдруг раздался раскат грома. Мы оба повернулись на звук. Это был мастер Зарек. Его руки искрились электрическими разрядами, и он стрелял в синюю металлическую армию молниями, часто убивая по два или три бойца за раз. Зарек шел вперед, его лицо светилось яростью, волосы стояли дыбом, и синие воины буквально взрывались перед ним.

Госпожа Кайя тоже была там; она обнажила свои длинные клинки, чтобы защитить рыжеволосую мать, прижимавшую к груди такого же рыжеволосого сына, и направлялась к убийце из армии нежити, который занес меч над головой молодой женщины. Кинжалы госпожи Кайи, светящиеся фиолетовой магией, погрузились в спину существа. Оно упало замертво прямо перед вопящей матерью, которая еще крепче прижала сына к груди и уставилась на Кайю, переполненная скорее ужасом, чем благодарностью.