— Отдельное задание было, — ответил я.

— Да что у тебя за секреты? Задолбал уже, — буркнула Лида.

— Если в общих словах, то — охота. Подробнее сказать не могу. Военная тайна.

— Да-да, я уже сто раз слышала.

Машина пролетела Коломенское и оказалась в промзоне, проскочив которую, мы выбрались на Одинцовское «шоссе», как иногда в шутку называли эту хорошо асфальтированную, прямую двухполосную дорогу.

— Как там, кстати, новенькие? — спросил я. — Обживаются?

Выпуск третьекурсников естественным образом привёл к сокращению боевой группы, поэтому им на смену в начале лета набрали бывших второкурсников — самых сильных и способных, разумеется.

— Да так. Ничего не понимают, тупят ужасно, — ответила Лида. — Месяц гоняли их — вроде бы что-то начало получаться. Но ещё учить и учить.

— А сами-то вы на следующий год здесь останетесь?

— Я — да, — ответил Север. — Меня никто не отпустит, пока старшего унтера не дадут. А это минимум через год. Буду дальше колесить по этой ё…ной пустыне.

— Меня на следующий год тут не будет, — проговорила Лида. — Меня в офицерское училище отправляют.

— Серьёзно? — переспросил я. — Когда отправляют? Куда? Ты не говорила.

— Сама узнала недавно. Поеду в Ярославль, там училище, пройду курсы для обер-офицеров, стану прапорщиком.

— А потому куда?

— А я знаю? Может, вернут в школу, а может, на какую-нибудь базу пошлют.

— Ну что сказать. Растёшь. Молодец! Рад за тебя. Скоро «благородием» станешь.

— Да я тоже рада, — проговорила Лида, как мне показалось, не слишком радостным тоном. — Наконец-то дослужусь до нормального звания.

Путь наш лежал через те места, где прошлой осенью проходила моя первая охота. Съехали с асфальтированной дороги, миновали лесок, рядом с которым мне довелось сразиться с аномалией, принявшей вид деревенского сортира, и остановились. Лида и Север закрепили на крыше локатор, после чего мы двинулись дальше. Вскоре вдали показалась церковь на берегу озера, но к ней не поехали, а свернули на развилке и по следам гусеничной техники помчались на запад, оставляя за собой шлейф серой пыли.

Вокруг протиралась иссушенная солнцем мёртвая равнина, усеянная пучками пустынной травы. Вдали в сизом мареве виднелся лесок, который вскоре скрылся из глаз за возвышенностью. Иных поблизости было немного. По пути я заметил не более десятка существ, что бродили по необъятным просторам, однако на радаре, в радиусе километр от нас, точек наблюдалось значительно больше.

Мы приближались к месту пропажи отряда, но объектов оставалось прежнее количество, хотя Болховская утверждала, что где-то здесь рыщет большая группа иных.