Собрав все трофеи, серые руки исчезли обратно в землю, утягивая сокровища за собой.

— Ох… прелестно, — я почувствовал, как подсох прыщ на лице.

Отлично. Здорово! Замечательно! Я и позабыл это прелестное, ни с чем несравнимое чувство абсолютной, непреодолимой…

Жажды обогащения.

На каждый килограмм «Красивых» трофеев мои внешность и влияние улучшаются на 0.1%. На каждый килограмм «Оружия» увеличивается моя сила. Шкура — это красивый объект. И стоило ему попасть на Территорию Жадности…

Как моя внешность начала улучшаться. Подсох прыщ. Разгладилась кожа.

Это первая способность Жадности, и вся её суть. Собирать всё вокруг не просто желание, не просто рациональность. Это необходимость. Это мой рост. Моё развитие. Да, я жаден сам по себе, но моя жадность меня прокачивает.

В моей Жадности — моя сила. В прямом смысле.

— Как в старые добрые времена, — я улыбнулся, коснувшись чуть более гладкой кожи.

Конечно, у этого есть нюансы. Например, Длань не может воровать, а в Территории выживают лишь мелкие демоны. Но это мелочи.

Ведь главный минус всей Жадности — я не могу ничего лишаться.

Всё, что попадает на Территорию — ты либо хранишь вечно, либо меняешь на равное, или большее по ценности. Если ты отдашь за даром или потеряешь — жди беды. Да, и здесь есть «лайфхаки», но…

Но к этому позже.

— А-А-А-А! — неподалёку раздаётся визг.

Я резко оборачиваюсь. Никого не было, но орали рядом. Где-то за деревьями! Так, а это уже хорошо. Мне нужна информация. Да хотя бы душу сожрать!

Так, ладно, здесь мы закончили. Ничего не забыл? Да вроде нет. Я в последний раз посмотрел на труп и, решив не тратить Созвездия на зомби, махнул рукой и побежал на крик.

А орали непрерывно. Я выбегаю на аллейку и… да! Вижу!

Человеческая самка прижималась к дереву и палкой отмахивалась от такой же псины какой-то дряхлой палкой! И визжала.

Собака рыпается на жертву, но та отбивается! Затем снова рыпается, и снова получает по морде! Вот это страсть к жизни! Хотя странно, был бы я человеком, я бы повесился от своего убожества.

Но собаке везёт. Стоило ей получить по морде в последний раз, как палка ломается! Собака рычит, скалится, бросается в шею человеку и…

Я успеваю подлететь и пнуть её по рёбрам!

— А-А-А! — самка снова визжит, теперь от моего неожиданного появления.

Псина отлетает, и я ловлю этот момент — прыгаю следом, снова бью ногой по рёбрам и, когда тварь завалилась, касаюсь всеми пятью пальцами!

«Деконструкция»

Хаос выворачивает её шею. Хруст. Смерть.

— Ху-у… успел, — вздыхаю я, поднимаясь с колена.

В последний момент подбежал! Удача на твоей стороне, человеческая самка! Кстати о ней.

Я обернулся и посмотрел на это существо. Её большие голубые глаза смотрели в ответ, а золотые волосы липли к точёному, стройному лицу. Она тяжело дышала, и её грудь вздымалась из-под изодранного платья.

А ещё у неё очень большие молочные железы. Капец, зачем такие⁈ Порванная одежда едва их удерживает! И у неё что, даже хвоста нет? Иу…

Хотя не буду скрывать, тело выделяет допамин и серотонин, гормоны симпатии и возбуждения. Она что, считается красоткой? Ну уж нет, организм я сам решаю, когда и на кого возбуждаться! Пока не до этого.

А ещё на ней много бижутерии. Колье. Серёжки и несколько колец. Богатейка, что ли?

Впрочем ладно. Я не просто так её спас. О-о-о, нет, эта девушка мне сейчас за всё отплатит. Да-а…

Я спас её в надежде, что…

— Здравствуйте, вы моя мама?

— Quoi? — она распахнула глаза.

Девушка огляделась, посмотрела на мёртвую собаку, и, распахнув голубые глазищи, бросилась ко мне.

Фу, потная, уйди!

— Il y en aura d’autres! Il y a aussi ces chiens! — она схватила меня за рукав.

— Чё?..

Мля-я-я, я ещё и не понимаю! Да твою-ж…

— Et leur chef! — она дёргала меня за рукав и махала куда-то в лес, — S’il te plaît, aide-moi! Je te paierai! Je suis très riche, la famille a beaucoup d’argent!

— Чё? Женщина, просто скажите, вы меня рожали или нет⁈

Ну мало ли, может повезёт. Может брат успел воскресить, хрен знает? Хотя вряд ли, отец бы наверняка влюбился в женщину с хвостом. А то и двумя.

— П-помогите! — вдруг затараторила она с огромным акцентом, — Помощь, пожалуйста! Я богатая! Я заплачу! Французский род! Много платить! Пожалуйста…

И тут… сзади послышались шаги.

Девушка, увидевшая гостя первой, пискнула и резко спряталась за мою спину. Я же медленно повернулся. А, теперь понятно, куда она махала и чего ждала.

Мужик в плаще и шляпе. Она ему, кстати, как раз. А рядом две таких волчары.

А вот и псарь.

«Одержимый», — сразу понял я.

Есть такая поговорка: «Хочешь раскрыть демонолога — заведи его в темноту». Смысл прост — от демонической энергии глаза светятся алым в темноте. У псаря очень слабый оттенок, чмошный, но я заметил.

Это же объясняет, почему и у псин глаза алые. Я думал может вид такой, а они под управлением. А у тех, что с мужиком, даже пасти окровавлены. Значит уже кого-то убили.

Херово, чё. Я следующий.

— Ах, так вот куда мясо убежало. Даже убили моего бедного Кексика, — он поцокал языком, глядя на труп.

— Нихера себе Кексик…

— Но я вижу, шлюшка решила отплатить, и привела с собой друга! Хорошо! Хорошо, хорошо! Корм сам идёт на убой! И бегать не придётся!

Всё понятно. Вердикт ясен.

Конченный.

— Есть какая-то конкретная причина, почему мы должны умереть? — спросил я прямо.

— Да.

— И какая же?

— Ваше убогое существование!

Я вскинул брови. Ух ты-ж.

— Энергия и магия витает вокруг, но она не бесконечна! И такие ничтожества как вы только забираете её у нас! — зарычал мужик, — Сильные жрут слабых. И вы родились слабыми, никчёмными и бесполезными! Поэтому вас сюда притащили. Такие как вы — свиньи на убой! Такова ваша участь.

Нас притащили? Хорошо, значит он как минимум знает, что я здесь забыл. Да и девка, возможно, тоже. Её бы стоило спасти. И она денег обещала, а я люблю деньги.

«Богатеи в должниках — к удаче». Примета такая. Спасти её будет как минимум рационально.

— Эта шлюха всё бегает, бегает и бегает! Цепляется за свою жалкую жизнь, будто она чего-то стоит! Ох, как же вы меня задрали, никчёмные твари! Плебеи, от который больше всего проблем! — рычал он, — Если родились никем, то не рыпайтесь и просто сдохните!

Псина с окровавленный пастью залаяла, а девчонка испуганно вздохнула. Я на неё повернулся.

Мы друг на друга посмотрели.

Не понимаю. Ну вы просто посмотрите на эту мелочь! На эти огромные глаза, маленький рост, овальное лицо. На эти бесполезные большие молочные железы. На трясущиеся ножки.

Как это убожество вообще убить можно? Это как щенка раздавить. Зачем? Он ведь тоже жить хочет. Не понимаю…

Я вздохнул.

Эх, ну что за морока…

— А если человеку не повезло? — я повернулся на псаря, — Если человек — обычный человек? Он что — тоже корм для сильных?

— Конечно! Есть прислуга и корм, а есть хозяева и победители.

— Понятно… — я почесал подбородок.

Я задрал голову и посмотрел на небо. Близился вечер. Текли облака. Ветерок мягко обдувает мою кожу, а нос щекочет запах скорого дождя и природы вокруг. Затем я медленно провёл глазами в сторону. Лес. Зелёный. Яркий. Сочный.

Красивая планета, всё же.

— Как-то ты меня бесишь, — пробормотал я, — Пожалуй, я тебя убью.

— О, а ты попробуй, мясо! — он задрал руку.

Псины срываются с места! Я толкаю девчонку ногой и разрываю между нами дистанцию, позволяя собаке пролететь мимо и не никого не задеть.

Ух, сука, эти намного шустрее! Псарь так влияет?

Девчонка заорала, но к счастью, на неё не обратили внимания — приоритетной целью был я.

Окровавленная собака приземляется, разворачивается и бросается мне в шею. Я уклоняюсь и успеваю схватить за хвост. «Деконструкция!». Хаос бурлит в моём теле, уходит через руки и…

Ничего.

— Тц, — цыкнул я, тут же разрывая дистанцию.

Ну вот и не хватило силёнок. Говорил же.

— Что такое, а⁈ — орал псарь, — Теперь не такой уверенный⁈ Прыгай… прыгай, сраное мясо! Весели моих малышек!

Псины атаковали с двух сторон. Одна всегда в шею, другая по ногам или рукам. Одна атаковала в лоб, другая обходила. Они быстрее прошлых. Сильнее. Умнее. Псарь их питает, а потому хаос не проходит.

Они атаковали раз. Два. Три. И всё это время я только уклонялся. Ух, сука, опасно!

— Ха-ха, неудачник! Вот что такое настоящая сила!

Мне нужно оружие. Я не могу скакать от них вечно! Но что разблокировать? Клинки? Огонь? Нет! Это полумера, она не спасёт от будущих проблем. Этот сраный псарь показал, что я не так силён, как хотелось бы. Я слаб, и чем раньше начну качаться, тем легче будет в будущем!

Да… я знаю что выбрать.

— И долго ты собрался скакать, обезьяна⁈ — орал псарь.

О нет, не долго.

Я отпрыгиваю от очередной атаки, но в этот раз ближе к дереву. Придётся рискнуть. Но была ни была!

Готовлюсь. Концентрируюсь. И стоит псине прыгнуть, как я хватаю её за челюсть и с разворота швыряю в дерево позади! Собака бьётся рёбрами, падает, и я прыгаю сверху, вдавливая шею коленом!

Ну а теперь…