— Да это разве сложно? Вон уже и огнестрел пошёл… — заметил один из лидеров.
— Да, сложно, Лом! Да! — стукнув по столу, ответил Иваныч. — Этот огнестрел куплен, понимаешь? На Алтаре Вознаграждения куплен! И всё оружие у нас с Алтаря! И копья! И инструменты! Всё оттуда! Знаешь, сколько групп в Алтарном умеет делать хоть какие-то инструменты и оружие?
— Не знаю… Но на рынке что-то начали продавать… — наморщив лоб, припомнил Лом.
— Одна! Вот его! — Иваныч направил на меня указующий перст. — И то, потому что они первый месяц фактически обходились без Алтарей! На десять тысяч горожан у нас, в лучшем случае, сотня умеет что-то делать руками. Это катастрофа, понимаешь? У большинства только языки и пиписьки подвешены хорошо!..
— У меня тоже пара ребят есть… — привлёк к себе внимание ещё один лидер группы.
— Да видел я их поделки! — отмахнулся Иваныч. — По сравнению с тем, что группа Вано производит — это детская самодеятельность!
Мэр решил не ограничиваться словами и достал из-за пояса ножик нашего производства. Обточенное каменное лезвие с остаточными следами сколов. Деревянная рукоять, укреплённая пластиком.
Иваныч повертел нож в руках, а потом размахнулся и воткнул в стол.
Вот я бы не стал так рисковать! Всё-таки камень на излом не так хорош, как металл. Он не гнётся, а ломается. Но, видимо, очень нужен был эффектный жест. И Кукушкин продемонстрировал качество нашего ножика таким немудрёным способом.
— Поделки твоих умельцев уже рассыпались бы! — сообщил Иваныч. — Само собой, мы можем купить всё нужное на Алтаре. Но это не определяет наш уровень развития! Это вообще доступно только нам, первым колонистам. А вот это!..
Иваныч указал на нож и сделал паузу.
— А вот это и есть наш уровень! То, что мы сами можем сделать. Своими руками! Своими силами! Это — наш уровень! И то, что мы своим детям сумеем передать — это и будет уровнем человечества. У кого-то завалялся учебник по элементарной физике, да? Нет? Ну, значит, наши дети не будут знать элементарную физику! И химию знать не будут. И биологию — тоже. И астрономию! А то, чему мы их научим на практике — они окончательно прохерят поколений за пять-шесть. Останется только вот этот нож. Пластик заменят на какую-нибудь смолу. И будут счастливо бегать с голым задом, односложно угукая между собой!..
— Безрадостная картина… — согласился тот глава группы, который уловил мысль мэра о знаниях.
— Да если бы просто безрадостная, Кирюш… — тяжело вздохнул Кукушкин. — Плачевная! Катастрофа! Дети из первой волны подойдут к возрасту обучения как раз, когда мы капсул лишимся. А мы будем заняты тем, что будем строить себе жилища! Считайте, что обучение этих детей мы уже профукали! В лучшем случае, получим умелых ремесленников. А теперь скажите мне! Вот вы все, кто здесь сидит…
Вытащив из столешницы нож, Иваныч убрал его в ножны на поясе.
— Что я должен чувствовать, когда вы тут, на Совете, где собралась вся городская власть, спорите, имело ли право одно почти бесполезное человеческое существо обзывать говном другое почти бесполезное человеческое существо?.. Я уж молчу о том, что правду говорить не зазорно, и обижаться на неё — глупо. Вы, правда, думаете, что это тот вопрос, который надо обсуждать здесь⁈
— А мы можем что-то изменить?.. — с сомнением спросил Борода, почесав ту самую бороду.
— Вы всё можете изменить! — насупился мэр. — Помнишь, ты говорил, что рыбу ловить нечем? Было дело?
— Было…
— А теперь есть чем? Что ты головой качаешь? Ещё нечем? А почему, Борода⁈ Почему всё ещё нечем⁈ Ты что, не можешь Марину попросить сеть сплести? Думаешь, тебе её девчонки откажут, что ли? За рыбу-то и откажут? — Кукушкин поджал губы. — Но ты не додумался. И не попросил. Живёте, будто в коконе каком-то… Здесь народу десять тысяч рыл! Уж кто-нибудь мог бы вам с сетью помочь. Хватит думать только о своей группе. Хватит! Этот город — наша единственная надежда на будущее. Каждый здесь хоть что-то помнит. И что-то умеет. Не надо замыкаться в маленькие кружки по интересам! Не надо всё в свою группу тащить, как жадные хомяки! Чтобы выжить — нам нужно быть едиными! Нам нужно быть городом! Вот ты, Кирюш, и ты, Саш, вы оба одним делом заняты. Ищете растения для культивации, так?
— Ну да… — ответил Кирилл.
— Конкурируем! — весело заявил Александр.
— Мастурбируете вы, а не конкурируете, два идиота! — сорвался мэр. — Конкуренты, тоже мне, выискались!.. Вы что, два придурка, думаете, я про вашу драку не знаю⁈ Вы почему вместо того, чтобы силы объединить и какое-нибудь поле вспахать, морды друг другу бьёте? Вы перед кем выёживаетесь-то? Передо мной? Так я ни одного из вас в жёны не возьму! Я больше по женщинам. Натуральным! Чтоб без кадыка и пришитых причиндалов!
Я бы, наверно, нашёлся, что Иванычу ответить. Всё-таки он местами палку перегибает… Но это я! Со мной Кукушкин себе такого не позволяет. А тут он ведь снова в точку попал. Кирилл с Александром виновато промолчали.
— Даю задачу вам двоим… — мэр сурово нахмурился. — Чтобы через пять дней у меня был отчёт по всем найденным съедобным растениям. С раскладкой, как собирать, как ухаживать, для чего пригодятся. И спрошу я с вас обоих! Не будет отчёта — значит, поиском растений займётся тот, у кого лучше получится. И это будете не вы.
— Иваныч, ну чего ты так сразу⁈ — возмутился Кирилл. — Что мы за это время найти-то могли?
— А ни мне, ни городу неважно, что вы могли, Кирюш! Мне и городу нужно, чтобы было! — отрезал Кукушкин. — С этого дня мы с вами начинаем работать серьёзно… Два месяца у нас было, чтобы освоиться и понять всю глубину жопы, в которую мы попали. Этого достаточно! Теперь работать! Не жалея сил! Борода!..
— Да! — рыбак даже выпрямился.
— Тебе с Мариной задача: разработать рыболовные снасти. Удочки, сети — что хотите. Марина! Если нужны ещё люди — нанимай из одиночек. Борода! А ты без всяких «если нужны», увеличивай группу.
— Ну зачем мне-то ещё? — удивился тот. — Я своих всех знаю. А новеньких…
— А ты и новеньких узнай! — отрезал мэр. — А лучше набери из тех, с кем общаются твои же люди! Есть у них знакомые среди одиночек? Пусть зазывают их в ваши ряды! И сами же за них отвечают. Я тебя должен учить, как персонал набирать?
— А если они в группу откажутся вступить? — засомневался Борода.
— Значит, рыбу будут ловить за пределами городской территории! — отрезал мэр. — И вообще, какая разница, в твоей они группе или нет? Ты их начальник, и всё тут! Рыбаки — это ты и твои подчинённые. Не хотят вступать в группу — не надо. А подчиняться тебе обязаны.
Иваныч обвёл собравшихся взглядом и пообещал:
— Вы у меня все научитесь решать вопросы города! Сообща решать! Иначе нам конец! И теперь мы будем тут собираться, чтобы решать действительно важные проблемы. Ясно?
И, надо сказать, обещание своё Иваныч сдержал. Через полчаса все до единого были нагружены задачами.
Ну, кроме нас с Витей. Просто на наших широких плечах и так висело больше, чем надо.
Зато меня свели с главой группы, которая начала каменное строительство в городе. Звали его Старик, хотя стукнуло ему всего двадцать два года. Но бурчал он и вправду так, будто был старше раза в четыре.
И да, Иваныч-таки оказался прав. Несмотря на жёсткий прессинг мэра, главы групп продолжали тянуть одеяло на себя. Но чем больше я смотрел, как действует Кукушкин, тем больше убеждался: он сумеет спаять этот город в единое целое.
Кукушкин был лидером. Он был политиком. И что-то мне подсказывало, что и на Земле он тоже не бумагомарательством занимался. Правда, как он оказался среди колонистов — оставалось загадкой…
Но главное — Кукушкин мог сделать то, чего не смог в своё время Сочинец. И чего никак не мог довести до конца в своей группе я.
Кукушкин умел направлять и объединять людей. И это радовало.
Потому что Алтарное я начинал считать своим домом. А дома должно быть спокойно.
Глава 2 Совершенно хозяйственная
Глава 2
Совершенно хозяйственная
Да, меня зацепили слова Кукушкина об отхожих местах. Я, почти миллионер, почти подпольный — а хожу в биде! Безобразие! Просто ужасающее безобразие!
Уж пятидесяти тысяч баллов, оставшихся после массовой закупки и ремонта винтовки, мне должно хватить… Думаю, даже на санузел с золотым унитазом хватило бы.
С тоской обозрев бесконечный беспорядок, который уже начал захватывать моё жилище, я решился на изменения. Надоело жить с одной кроватью и биде… К тому же, и с отоплением не всё гладко. Его можно либо включить, либо выключить, а отрегулировать — никак. Если ночь выдавалась прохладная — это было ни разу не весело. А ещё вода ограничена…
Нет, это решительно мне не нравилось! Я бы и с вечера занялся, но слишком устал после Совета. А утром, наскоро позавтракав, вернулся к своей белой берлоге. И наконец-то принялся за улучшения.
Начал с отопления. Сразу взял полную функцию. Не так уж это дорого стоило, кстати. Особенно, по сравнению с покупками на Алтаре. Заодно открылась функция кондиционирования. Недолго думая, я взял и её. Рядом с дверью появилась панель настройки всего этого безобразия. Я не стал мудрить, а просто выставил уровень желаемой температуры на 25 градусов.