Посмотрев на календарь, я немного удивился. Если вспомнить, то Инесса забеременела после моего дня рождения, которое у меня было двенадцатого марта. Или близко к этой дате, ведь всего через неделю *зрением* я уже видел, что она беременна.

А это значило, что рожать она должна в декабре. И тогда я задался вопросом: Анри просто-напросто нервничает, боясь оставить без проверенного целителя Инессу? Или что-то не так со здоровьем малыша и его женой?

Немного поразмыслив, я решил, что Анри не покинул бы Инессу если бы существовала опасность для не рождённого малыша. К тому же раз он уже вылетел, то завтра я уже буду в курсе событий, происходящих в Балакина. По крайней мере, если дирижабль будет лететь со средней скоростью в семьдесят-восемьдесят километров в час, то, думаю, к вечеру они должны быть на месте.

И чтобы Анри смог быстро найти посадочную площадку, на построенной башне был установлен большой маяк, который можно было увидеть за десятки километров.

В мой кабинет кто-то постучался и разрешив входить, я увидел на пороге маму. Она уже была не такой заполошной какой я её видел утром. Сев напротив меня, она спросила.

— Ты уже знаешь, когда тебе нужно будет омолодить очередного морфа?

Снова посмотрев на календарь, я ответил.

— Через две недели, — ответил я. — А там плюс-минус день. А что?

— Я хочу с ними встретиться, — ответила она.

— Могу я узнать по какому вопросу? — подавшись вперед спросил я.

Она прикусила губу, но начала отвечать.

— Сегодня ты, наверное, видел, что у нас произошёл непростой разговор с старейшинами?

— Это теперь так называется? — поддел я маму. Но она, не отреагировав на мои слова, продолжила.

— Если коротко, то наш род недостаточно силен и его нужно усилить. Однако я не готова платить такую цену. — И видя, что я собираюсь задать вопрос: — Можешь не спрашивать, я всё равно не отвечу. Так вот, — вернулась она к теме, — я считаю, что на пользу нашему роду, — она подняла руку и нас окутал купол от прослушивания, показывая тем самым, что дальше будет очень серьёзный разговор, — будет если архимаг умрёт.

— Император? — удивившись предположил я самую очевидную кандидатуру.

— Нет, — ответила Эмери, — Меньшиков.

Мне нужно было время обдумать слова матери. Откинувшись на спинку стула, я вначале подумал, что это неправильно. Но с каждой минутой я понимал всю хитрость маминого предложения. Ведь, если не станет Меньшикова, то их род больше не будет иметь такой силы и власти, как сейчас. По сути всё, что они имеют, это только благодаря нынешнему главе. Его сын, Виктор, имеет ранг магистра. И больше у Меньшиковых никого не было такого ранга. А это значило, что Тьер уже сильнее!

Я поднял глаза на мать, которая всё это время внимательно наблюдала за мной.

— Но остаётся император, — произнёс я.

— Которому придётся оглядываться на остальных глав великих родов. Без Меньшикова у него не будет перевеса голосов в Совете Семи.

— Его сын также будет поддерживать императора, — возразил я. Но мыслями я уже бросал землю на гроб Меньшикова.

— Но у Виктора нет политического веса, — сказала Эмери. — В отличии от Меньшикова-старшего, к мнению Виктора никто не будет прислушиваться.

Ещё немного подумав я спросил.

— И ты хочешь действовать через морфов?

— Да. — И видя, что я не восторге от этой идеи, спросила. — Ты согласен с моими доводами?

Я кивнул.

— Однако мне не нравится, что морфы будут посвящены в это. По сути мы им дадим рычаг, которым они смогут нас шантажировать.

— И что ты предлагаешь?

— Устранить Меньшикова самим!

Теперь уже Эмери смотрела на меня с расширившимися глазами.

— И как ты себе это представляешь? — спросила она. — Всё-таки Меньшиков архимаг!

— У нас есть вампирское оружие. Будем использовать его. Однако я хочу знать о чём ты говорила сегодня со старейшинами. И почему на завтраке прожигала взглядом Серека?

— Зачем?

— Потому что ты придумала план как ослабить Империю для того, чтобы вывести наш род из-под удара. И я хочу знать, что предложили старейшины, чтобы видеть все варианты. — И посмотрев в глаза матери, спросил. — Ведь я не ошибусь, если предположу, что с утра вы разговаривали о том, как создать противовес императору и Меньшикову.

Эмери ненадолго задумалась.

— Хорошо, я расскажу. Однако я хочу, чтобы ты знал, не было ни дня, чтобы я жалела о том решении.

После этого Эмери рассказала о событиях двадцатилетней давности.

— И когда я узнала, что беременна тобой, была очень счастлива. Ведь долгих пять лет я не могла забеременеть. Талий искал целителей по всему Теллусу. Но никто не мог сказать смогу я иметь детей или нет.

Когда она закончила, в комнате повисла тишина. Эмери опустила взгляд. Из её рассказа я понял, что она не исключает возможности того, что из-за того ритуала я родился целителем.

Тяжело вздохнув я подошёл к маме и обнял её.

— Ты ни в чём не виновата, — сказал я. — И спасибо, что доверила мне эту тайну. Клянусь, я никогда никому о ней не расскажу.

Она обняла меня в ответ и расплакалась. Напряжение, с которым начался наш разговор, постепенно отступало.

— Ты не сердишься? — спросил она.

— Нет, — ответил я. — И скорее всего, не зная последствий поступил бы также. — И как будто почувствовав какие мысли посетили голову Эмери, продолжил. — Однако это не значит, что тебе следует проходить через это вновь. — А потом с улыбкой произнёс. — Как ты вообще не убила Святозара за такие слова?

— Поверь, мне это стоило огромных усилий! — отзеркалив улыбку, с заплаканным лицом ответила Эмери.

Я дал маме час на приведение внешнего вида в порядок. А сам тем временем я попросил Столярова сообщить Сереку и старейшинам, что жду их у себя кабинете для обсуждения важного вопроса.

Ни Зеса, ни, тем более, Тимофея я приглашать не стал. Да даже я сам не представлял, как начинать этот разговор.

Когда все собрались Эмери выставила воздушный купол, под которым подслушать нас было невозможно. И я решил уточнить у Серека знает ли он о разговоре, состоявшемся сегодня утром.

— Да. — ответил он. — Ты из-за этого нас собрал?

— Это не он, а я, — ответила вместо меня Эмери. — И, так уж получилось, я рассказала Ярару о том, как и какой ценой стала магистром.

— Ты с ума сошла? — вскинулся на неё Серек.

— А сам-то лучше? — ещё громче закричала Эмери. — Вы урроооды о чём думали, когда решили предложить мне стать детоубийцей?

Серек отвёл взгляд. Видимо он был не до конца уверен в варианте решения проблемы, предложенном старейшинами.

— Эмери, тебе предложили вариант! — сказал Светлар. — Мы поняли, что ты не согласна.

— Почему вы не рассматривали кандидатуру Серека? — спросил я.

Старейшины переглянулись и мне ответил Святозар.

— Мы не уверены, что с ним ритуал пройдёт успешно. Вызывают сомнения его энергетические каналы, — пояснял он. — Ведь он совершенно недавно уже прошёл через подобный ритуал.

Я кивнул. Про резко возросшую силу Серека и каким образом он её получил я уже знал.

Ответ Святозара показался мне логичным. И после того, как я выслушал рассказ матери, старейшины у меня вызывали двоякие ощущения. С одной стороны, они предлагали матери совершить ужасный поступок. Однако и сами старейшины собирались отдать за это жизнь. И как бы это отвратительно не звучало, они хотели это сделать не для себя, а для будущего всего рода! Можно сказать, ради меня, Тимофея, Ярины, Марии и двоюродного брата Артёма, который сейчас обучался в школе магии Тьер. И для многих наших родственников.

Я просто сомневался, смог бы я вот так принять решение, как это сделали они…

— Так зачем мы здесь? — спросил Серек. — Неужели ты передумала, Эмери?

— Нет. Этому не бывать, — ответила мама. — Но у нас есть предложение, которое, хоть и рискованное, но сохранит всем нам жизни.

Когда Эмери закончила говорить, Сереку и старейшинам нужно было время обдумать услышанное.

— Значит хотите использовать артефактное оружие вампиров? — задумчиво произнёс Святозар. И посмотрев на нас с Эмери: — Это может сработать. Однако вас не пугает тот факт, что, убив Меньшикова, мы сильно ослабим страну?

— У тебя есть предложения получше? — спросила у него Эмери.

— Нет, нету, — ответил старейшина. — Но тогда нам нужно ускорить строительство водного сообщения и крепостей на них. Когда война начнётся мы должны быть во всеоружии. Нужно будет готовиться к тому, что войска противника дойдут до наших земель. Ведь от Шляхты нас отделяют только земли Меньшиковых.

На ужин мы спустились очень уставшими и, чтобы хоть немного расслабиться после тяжелого разговора, я приказал подать на стол несколько бутылок вина, от которого никто из нас не отказался.

Пару раз я ловил на себе заинтересованные взгляды Зеса. Он наверняка понял, что мы обсуждали что-то очень серьёзное. Но моя улыбка его немного успокоила.

Позже я и так собирался ему рассказать, что мы собираемся совершить. Ведь, скорее всего, именно Зесу, как самому подготовленному, выпадет сложная миссия.

Вечером я долго не мог уснуть, обдумывая правильное ли мы приняли решение. Ответа на этот вопрос я так и не нашёл. Долго ворочаясь я услышал, что дверь в спальню открывается. И активировав *зрение* по ауре я узнал Джу Ли.

— Ты чего не спишь? — спросил я, включая ночною лампу.