— Я проверю, вдруг она наверху, — сказал Валд, поднимаясь по лестнице на крышу. — Мама любит там отдыхать.

Фернанда на гобелене улыбалась и протягивала руки, словно желая обнять, и я поморщилась от внезапного раздражения. Невозможно обняться с голограммой! А аватарка компьютерной программы, пусть и самой сложной, не должна быть богиней. Фернанда на «Арго» знала обо мне все: о моей влюбленности во Влада Увейро, о беспокойстве за судьбу брата, она знала даже колыбельную, которую мне пела мать. Но ее функции были ограничены, как и допустимые вмешательства. А что, если бы по какой-то причине она получила абсолютную власть? Если бы ей дали белые одежды капитана и позволили управлять судьбой всего экипажа, определив приоритетом лишь объективную оптимальность решений?

Послышались голоса, и Валд спустился вниз вместе с матерью, которая выглядела растерянной и испуганной, но как всегда элегантной — в строгом синем платье и с башней из косы, увитой черной лентой.

— Энтропия хотела тебя убить? — Она порывисто обняла меня, делясь теплом, и телесным, и душевным, и я будто слегка оттаяла. Отстранившись, Инфинита осмотрела меня с внимательной заботой. — Она понесет наказание за это, обещаю! Довольно терпеть ее выходки!

— Я думаю, она хотела убить и Валда, — сказала я. — Так что вам действительно лучше избавиться от Энтропии. Отправить в какой-нибудь монастырь, к примеру. Иначе она не успокоится, пока не возведет в капитаны своего сына.

— Нам нужно собрать совет. — Инфинита пригладила выбившиеся из косы прядки. — Я поищу Магнуса. Надо решить, что делать с его матерью, когда она объявится, и заручиться его согласием, чтобы не было проблем. Приходите в зал собраний. Оба.

— Хорошо, мама, — кивнул Валд. — Капитанские регалии на месте?

— Да, я вернула их в сокровищницу. — Она стянула с шеи цепочку с ключом и вручила мне, вложив в ладонь и согнув мои пальцы. — Теперь ты ее хранитель, Эва. Будь благоразумна.

Я отогнула край гобелена с Фернандой, и ее черты исказились. Вместо улыбки появилась гримаса то ли злости, то ли отвращения. Выдохнув, я вставила ключ в замочную скважину и повернула. Войдя внутрь, направилась к шкафу, за стеклянными дверками которого лежали оранжевый шар и голоплеер. Воздух в сокровищнице был сухим и не пах ничем, как на «Арго», стены мягко светились. Инфинита говорила, что здесь ничего не портится, комнату создавала богиня. По-видимому, есть какая-то суперзащита. Интересно, если я спрячусь в сокровищнице, то «Игла» сможет выдрать мое сознание из тела Эврики?

— Может, выберешь какое-нибудь украшение? — неуверенно предложил Валд, но я лишь покачала головой. Он тихо вздохнул. Наверное, подумал о том же, о чем и я, — украшения останутся здесь, когда мое сознание вернется в прежнее тело. У меня же будут лишь воспоминания, но хватит мне их на всю оставшуюся жизнь.