– Ты совершенно невменяемая, Вивьен. – Он преодолевает расстояние между нами за один широкий шаг и сжимает меня в тугих объятиях. – И тебе нужно срочно обратиться к психотерапевту. – Его напряженные ладони скользят вдоль моей шеи. – А еще ты лгунья, раз сказала, что не умеешь выражать свои чувства. Сейчас вышло более, чем убедительно.

Я теряюсь в его взгляде. Эта смесь гнева, любви и вожделения путает меня и лишает рассудка. Я мотаю головой и раскрываю рот, чтобы произнести хотя бы слово, но Эйсто тут же перебивает меня:

– Мне сейчас хочется придушить тебя. – Его пальцы с напором поглаживают мою шею. Горячее дыхание оседает на моем подбородке и касается губ. – Но еще больше мне хочется тебя поцеловать. – Он облизывает губы, и я нервно сглатываю, бросая взгляд на его язык. – Чтобы ты раз и навсегда уяснила, что я люблю тебя полностью. Тебя, твоих тараканов и любую твою степень невменяемости. И мне срывает крышу, когда я представляю, что ты могла истязать себя ради меня.

– Ради нас.

– Неважно, – рычит Эйсто, хватая меня за затылок.

– Души́ либо целуй. – Я выгибаю шею и подаюсь к его губам.

– Дай обещание: больше никаких жертв. – Он надавливает большим пальцем на мою нижнюю губу и обводит ее контур.

– Обещаю.

– Никаких, Вивьен. Ни ради меня, ни ради нас. Что бы ни случилось. – Его палец с натиском скользит уже по верхней губе, и я теряю устойчивость в ногах.

– Обещаю… – выдыхаю я, рефлекторно придвигаясь ближе к его лицу.

Целуй же меня. Либо души. Мне нравятся оба варианта.

– И больше никаких «Погружений», – требует Эйсто, вжимаясь пахом в мои бедра.

– К черту их, когда у меня есть ты.

– Моя сумасшедшая. – Его рука на моем затылке подталкивает меня вплотную к его губам. – От нашей любви точно нет никакого лекарства. – Он улыбается прежде, чем впиться в меня поцелуем.

Эйсто требовательно завладевает моим ртом. Он прикусывает мою губу, посасывает ее и проталкивает язык в рот. Мои коленки подкашиваются. Я стягиваю рубашку на его плечах в кулаки и томно постанываю сквозь поцелуй. И я бы отдалась ему прямо здесь, на заднем дворе, в темном углу, прижавшись к кирпичной стене этого дома, в разгар вечеринки у бассейна, плевать. У нас есть только мы.

Я тяну Эйсто к своему телу, требуя соприкосновения с горячей кожей. Мои руки проникают под его футболку, и Эйсто низко выдыхает. Он углубляет поцелуй, прижимая меня спиной к шершавой стене. Я уже балансирую на грани рассудка, уже желаю его без остатка, но шум проходящей мимо компании заставляет Эйсто сбавить напор.