На улице уже начало темнеть. Виктор спокойно вошёл во двор и осмотрелся. Редкие прохожие шли мимо него: люди возвращались домой. Подошёл к автомобилю и под бампером нащупал упаковку с ключами. Открыл дверцу и включил зажигание. Двигатель не сразу, но завёлся. Теперь ему надо было добраться до гаража своего приятеля по работе Женьки Попова, который был в поездке во Францию, а гараж его был временно свободен. Где были спрятаны ключи от Женькиного гаража, Виктор знал. Автомобиль он хотел там подержать два–три дня, рассчитывая определиться за это время: что с ним делать.

Проехать надо было в Красногвардейский район. Там вдоль железнодорожных путей были установлены металлические гаражи. Осторожно, не нарушая правил, Виктор добрался до нужного гаража, достал ключи из-под бочки для воды, стоящей около его ворот, и загнал автомобиль вовнутрь.

Поскольку было неизвестно, что он с ним будет делать и вообще, придёт ли ещё сюда, Виктор решил забрать из багажника сумку с инструментами и спрятанный за панелью наган с пачкой патронов. Время было неспокойное, поэтому с оружием ему в поездках на дачу было спокойнее. Также достал из бардачка кассеты с записями. Всё убрал в сумку, закрыл гараж и вышел на дорогу. Проголосовал, и на частнике за полчаса добрался до дома. Матери ещё не было. Сумку он засунул на антресоли, где хранилась его рабочая одежда и куда мать никогда не лазила. Первое дело было сделано!

Глава вторая

Глава вторая

Утром следующего дня Виктор, взяв с собой бутылку коньяка, отправился в больницу. При обходе он презентовал доктору коньяк и поинтересовался, после официальной выписки из больницы будет ли ему назначено амбулаторное лечение.

— С твоими травмами оно необходимо минимум на неделю. Физиотерапия в нашей больнице снимет все последствия травм, и ты будешь готов к труду и обороне как юный ленинец. Я тебе выпишу больничный, и ты сможешь ходить в нашу физиотерапию в любое время. Также останешься под моим наблюдением. Это выгодно тебе, больнице и мне, так как ты у нас платный больной.

В этот день мать весь вечер просидела дома, расспрашивая Виктора об аварии, о самочувствии и дальнейших планах на жизнь. Такие разговоры ему быстро наскучили, и он решил почитать вчерашнюю газету «Вечерний Петербург», принесённую матерью с работы. В разделе объявлений он обратил внимание на чёрную рамку, в которой сообщалось, что сегодня состоится кремация Белова Вадима Алексеевича, скоропостижно скончавшегося и…. Подписали это объявление его партнёры: банкир и Владимир.

Это объявление навело Виктора на обдумывания идеи: как получить в наследство, всё движимое и недвижимое имуществ господина Белова?

«Для этого нужен „прикормленный“ нотариус, готовый задним числом подписать завещание. А сам черновик я напишу сам и передам его нотариусу вместе с письмом, в котором попрошу по старой дружбе оформить завещание. Такой нотариус, через которого я постоянно оформлял сделки моей инвестиционной компании, имеется. Цену за такую услугу я представляю и, самое главное, такие деньги в семье есть. Конечно, придётся истратить почти все накопления на чёрный день, но дело того стоит.»

Не откладывая пришедшую ему мысль на завтра, он написал текст завещания и письмо нотариусу, подчеркнув, что молодой человек, принёсший завещание и письмо, является его внебрачным сыном. Средства на оплату этой услуги у него имеются.

Осталось только договориться с матерью о временном изъятии накоплений. Этот вопрос он решил довольно легко, сообщив, что обещал дать в долг деньги своему другу Евгению, которому не хватает на покупку автомобиля. Вернуть долг тот обещает в течение месяца, причём в валюте. Подумав, мать согласилась.

* * *

На следующий день после обеда, успешно договорившись с врачом о недолгом отсутствии по делам работы, он направился к знакомому нотариусу: Борису Натановичу Блувштейну.

— Борис Натанович, здравствуйте! Я к Вам по одному конфиденциальному делу, которое не успел до конца выполнить мой отец и поручил закончить его мне с Вашей помощью. Его звали Вадим Алексеевич Белов, и он просил передать Вам вот этот конверт.

Нотариус, не притрагиваясь к конверту, во все глаза рассматривал Виктора.

— Господин Белов Ваш отец? Но мне он ничего об этом не говорил!

— Прошу Вас, прочтите письмо и потом я отвечу на все Ваши вопросы, если они возникнут. Тем более, что он просил кое-что передать Вам на словах.

Нотариус вскрыл конверт и сначала прочитал письмо, а потом текст завещания, причём несколько раз.

— Что ещё просил передать мне господин Белов?

— Он сказал, что Вы можете усомниться в подлинности письма и завещания и, чтобы развеять Ваши сомнения, просил напомнить о некоторых сделках, которые Вы оформляли.

И Виктор назвал некоторые особенно одиозные сделки по оформлению задним числом договоров на покупку ценных бумаг, о которых кроме них было никому неизвестно.

— Я знаю почерк господина Белова и уверен, что и письмо, и текст завещания написал именно он. Вам известна стоимость услуги, о которой просит господин Белов?

— Он назвал мне эту сумму.

Виктор взял лист бумаги и написал на нем цифру «5000 $».

— Аванс в размере половины суммы я готов выдать сейчас, остаток — после завершения дела.

Борис Натанович пожевал губами, обдумывая услышанное. Он вырвал из листа кусок с написанной цифрой и сжёг его в стоящей на столе пепельнице.

— Сумма должна быть увеличена. Первая цифра должна быть больше на единицу.

Теперь задумался Виктор.

«С трудом, но я могу набрать эту сумму, если удастся пробраться в офис инвестиционной компании и забрать спрятанный там конверт. Надо соглашаться. Торговля сейчас неуместна.»

— Хорошо. Я принимаю Ваше условие.

— Оставьте мне Ваши документы. Будьте любезны, при выходе из кабинета положите вот эту книгу на книжную полку.

Он открыл книгу и постучал по развороту указательным пальцем. Виктор достал из кармана конверт, положил его в книгу и поставил её на полку.

— Когда я могу снова Вас побеспокоить?

— Приходите во вторник на следующей неделе в это же время.

Они распрощались, и Виктор вернулся в больницу.

* * *

«Добраться до моего стола в офисе инвестиционной компании и забрать спрятанный конверт большого труда не составит при наличии ключей от входной двери. А вот их-то у меня и нет! Помещение при уходе всех сотрудников сдаётся под охрану. Телефон, по которому надо сообщить об этом, и код мне известны, а ключей — нет. На даче спрятаны дубликаты всех ключей: от квартиры, обоих офисов, гаража, автомобиля. Но туда надо ещё добраться: дача в сорока километрах от Питера. Обычно я туда ездил на автомобиле. Сейчас у меня его нет. Или сначала поехать электричкой с Финляндского вокзала, потом на автобусе? Не знаю, смогу ли я выдержать такое путешествие. Я ещё сильно не в форме. Остаются такси или частник.

С деньгами сейчас напряжёнка: каждая копейка посчитана для оплаты услуг юристу. А надо не меньше двухсот тысяч рублей потратить на это путешествие: туда десять долларов и столько же обратно. Хотя, на даче тоже имеется заначка с деньгами, только небольшая. Может, на работу обратиться за авансом? Всё-таки больной, на работе пострадал… Нет, не спасут эти деньги меня, а репутацию могут испортить.

Решено, еду на дачу. Только надо быть осторожным: конец апреля, соседи могут уже появиться. Завтра пятница. Надо ехать именно завтра, с утра. В субботу и воскресенье там точно будут люди. А рассчитываться с нотариусом надо уже во вторник. На проникновение в офис остаётся только суббота и воскресенье.»

Утром Виктор появился в больнице и сразу же отправился к доктору: отпрашиваться до обеда. Еле того уломал, но своего добился. Около больницы была стоянка такси, но машин на ней не было. Хорошо опять подвернулся частник, согласившийся довезти Виктора до дачи и обратно за двести тысяч рублей. На улице моросил мелкий дождик, сгоняя остатки снега.

За час добрались до дачи. Рядом с ней Виктор останавливаться не стал: соседи наверняка знали, что хозяин умер и, конечно, заинтересовались бы посетителем. Предпочёл по дороге пройти триста метров, а заодно и посмотреть, есть ли в округе люди. К сожалению, дачники уже появились, правда, не рядом с его дачей, но уже работали на своих участках. Дождик прекратился, и всех потянуло на улицу.

Виктор обошёл участок сзади, со стороны реки и, отодвинув известную ему доску в заборе, оказался на своём участке около сруба бани. Ему надо было добраться до беседки, стоящей около хозблока. Там под полом лежала жестяная банка с ключами, завёрнутая в полиэтиленовый пакет.

Ещё раз осмотревшись по сторонам и никого не заметив, он прошёл в беседку и поднял одну из половых досок. Пакет с банкой были на месте. Идти в дом за заначкой было желательно, но чуйка не советовала этого делать.

«И так отлично: ключи у меня, а денег в доме спрятано немного: около пятисот тысяч. Не стоит сейчас здесь светиться, как говорят: „не буди лихо пока оно тихо“.»

Он вернулся тем же путём на дорогу, дошёл до автомобиля и отправился в больницу на процедуры.

* * *

Лёжа на постели в больничной палате после обеда, Виктор обдумывал план посещения офиса инвестиционной компании. Соседи ему не мешали: после обеда оба спали.

«Сегодня вечером схожу и посмотрю, что там творится. Уже больше недели в офисе не был. Хотя, скорее всего ничего не изменилось. Идти ночью в офис нельзя, подозрительно. Да и охране трудно объяснить, зачем я туда в такое время заявился. Лучшее время: в субботу перед обедом или сразу после. В субботу и воскресенье компания не работает. Иногда по субботам в начале следующего месяца главный бухгалтер там появляется для составления бухгалтерского отчёта. Но это бывает чаще всего по окончании квартала. В эту субботу там скорее всего никого не будет. Открою дверь, сниму сигнализацию, заберу конверт, поставлю опять офис на охрану по телефону, запру дверь. Уйду. Дело сделано.»