Рейна заметила Аурелию, и от ее взгляда у нее по спине пробежали мурашки. Она выглядела, как змея, собирающаяся броситься на мышь.

– Что с… нашей матерью? – Рейна воспользовалась возможностью для сбора информации.

– С Аурелией? А что с ней не так?

– Ну, она моя мать, а я ее не знаю. Она как-то холодна ко мне. – Рейна наблюдала за реакцией Морфея, но его совсем не удивил такой вопрос.

– О. Любезность – не ее сильная сторона, не так ли? – он засмеялся. – Ей нелегко, знаешь… особенно с Тиберием.

– С Тиберием?

– Не хочу сплетничать, но твой отец… да…

– А что с ним?

«Кроме того, что у него был роман с Дафной».

Рейна никогда об этом не забудет.

– Он непростой человек и очень… своеобразный, – голос Морфея стал тише. – Я и сам не очень много знаю. Я не из тех, с кем делятся тайнами.

– О, неужели? – Рейна почувствовала, что должна улыбнуться.

– Если мне хочется, я могу быть очень скрытным. Проблема в том, что я, как правило, совсем не хочу таким быть, – он почесал затылок.

– Так в чем же дело?

– Ну, мать не простила ему того, что он привел эту мятежницу в дом. Но об этом знают все.

Рейну бросало то в жар, то в холод. Она чувствовала, что есть гораздо больше информации по этой теме, но, пока она чувствовала на себе взгляд Аурелии, она не была уверена, что хочет ее услышать. Она была не единственной, кто смотрел на Рейну и Морфея. Тиберию тоже, кажется, было немного дискомфортно от того, что они общаются.

– А еще быть второй женой правителя – это не так просто, как кажется. Я слышал, что она не виделась с ним уже много недель. Неудивительно, что она постоянно пьет чай с сиропом.

– Да, похоже, ей нелегко, – согласилась Рейна, хотя у нее едва ли возникло сочувствие к Аурелии.

Тиберий подозвал к себе Андромеду, прошептал ей что-то, и она кивнула.