Сидя на кресле, развёрнутом к окну, и наблюдая за наступлением ночи, я пыталась разобраться, откуда во мне такая нелюбовь к этой расе. Да, местами наглые и высокомерные, но ведь все как один харизматичные и брутальные. Девушки пищат от восторга, после проведённых с ними ночей. А я ведь не ханжа, ну правда.

Тогда откуда этот бессознательный страх? Интуиция? Предостережение? Неужели тот единственный случай с преследующим меня ррханом в Академии так напугал?

Так и не разобравшись, я приготовила на завтра одежду и легла спать. На этот раз, к счастью, обошлось без сновидений. Кровать оказалась необычайно комфортной, а матрас — от дорогого производителя. А мне уже нравится начальство, которое так заботится о своих служащих!

Сладко потянулась, приветствуя день на новом месте, и отправилась в ванную.

Быстрый контрастный душ, от которого окончательно пропала сонливость, а мышцы пришли в тонус. Я люблю воду. Какое же это блаженство стоять под быстрыми ручейками, чувствовать, как капельки барабанят по коже, и вдыхать влажный воздух!

Потом, заметив, как утекает время, я побежала наводить красоту. Опоздать в первый же день не хотелось. И ведь не оправдаешься пробками: даже из здания выходить не нужно. Только в другую секцию.

Накануне прочитала, что хоть компания и занималась военной направленностью, на некоторых должностях форму можно было не носить. А у меня, кроме курсантской, и не было другой. Однако я решила сразу обозначить своё образование, а потому и рубашку с нашивками одела, и форменные брюки. Единственную вольность, которую себе позволила — повязать высокий хвост на голове и надеть ботильоны на каблуке. Просто потому, что соскучилась по красивой обуви, нося год за годом ботинки военного образца.

Подмигнув себе в зеркальную поверхность лифта, я вышла на нужном этаже. В кадровом отделе оформили меня быстро и перенаправили к аналитикам.

— Приветствую, мии! — произнесла я, открыв дверь и изобразив на лице самую ослепительную улыбку.

На пятидесяти квадратных метрах творился настоящий хаос. Папки с раскрытыми голофайлами лежали на столах, креслах и даже на диване, где было оборудовано что-то вроде уголка отдыха. Несколько гуманоидов мужского пола столпились за круглым столом, что-то громко обсуждая и доказывая друг другу правоту.

С моим появлением воцарилась тишина. Слышно было, как пищит выводными данными монитор.

Четыре пары глаз просканировали меня с головы до ног и обратно.

— Ну ничего ж себе! — присвистнул мой земляк, поправляя лихо законченную в спираль жёлтую прядь волос. — Каким звёздным ветром к нам такую красотулечку занесло?

— Кхм… Курсант Бойд прибыла на место практики. — отрапортовала по-военному, заметив на одном из двух лаврентийцев нашивки майора. Он был старше других, и именно в нём угадывалось старшинство.

— Вольно, курсант. Явилась, значит… — как-то недовольно хмыкнул он и указал в сторону отдельного помещения, представляющего собой куб из полупрозрачного матового пластика. — Идите ко мне в кабинет. Я сейчас к вам присоединюсь.

Хорошее настроение чуть поугасло. Неприязненный голос несколько охладил мой запал.

Усевшись в кресло напротив стола, явно предназначенное для посетителей, огляделась. Уборкой здесь, очевидно, никто себя не озадачивал, предпочтя «творческий» хаос. Ладно бы от алларца я могла такое ожидать, но никак не от педантичного лаврентийца.

А вот и он. Зашёл в кабинет, закрытой дверью отрезав нас от сослуживцев.

— Меня зовут майор Риган Кардальски. — представился мужчина, располагаясь напротив меня за столом. Весь его внешний вид источал недовольство. Не надо родиться криласцем, чтобы почувствовать это.

— Очень приятно. — решила не съезжать с предельной вежливой линии. Кто знает, какие у них здесь проверки?

— А вот мне не очень приятно. — не стал сдерживать себя майор.

— Могу я узнать почему?

Моя спина буквально ломилась от напряжения, настолько прямой я её держала. А от приклеенной полуулыбки болели мышцы на лице.

— Отчего ж нет? Надеюсь, вы не настолько впечатлительная особа, чтобы не выдержать мою прямолинейность. А я привык говорить прямо, учтите.

— Так даже лучше.

— Начнём с того, что мне не нужны практиканты. Вон у меня уже один из Алларской Академии прибыл. — майор показал виртуальный чуб, копируя представителя моей расы. — Ошибки на ошибках, только успевай поправлять. А ведь он лучший на своём курсе! Я вообще удивляюсь, каким образом вас сюда взяли, ведь вакансия давно закрыта. Хотя… — его взгляд остановился в районе моей груди и перебежал по скрещенным ногам к ботильонам. — Догадаться несложно. Имея такую внешность и нужные связи…

Да уж… Мне тоже легко угадать, о чём он подумал. И ведь не так далёк от истины… Я ведь действительно попала сюда по протекции Дарии, а точнее, её отца. Однако, стыдно мне за это не было. Все приличные места, так или иначе, занимают по знакомству. Ничего нового.

Я лишь гордо вскинула подбородок, обозначая, что оправдываться не намерена.

Глава 4

Глава 4

Майор наклонился вперёд, положив локти на стол, и продолжил:

— Кроме того, в моём отделе никогда не работали женщины. Мне не нужны любовные проблемы и отвлечение от главного. Задачи повышенной сложности требуют максимальной умственной и физической выносливости. А вы ещё и молодая алларка… Не ошибусь, если предположу, что не созревшая.

На этот раз его взгляд переместился на мои предплечья. Подвёрнутые рукава рубашки не скрывали его правоты. Однако, на это у меня тоже был ответ:

— Вы правы. И наверняка знаете, что этот период может не наступить в ближайшие несколько лет, а значит, и на практику никак не повлияет. Любовные проблемы меня тоже не интересуют. К тому же я выпускница Академии космофлота, что на порядок выше алларской. Дайте мне тестовые задания — и я покажу, на что способна. Загрузите работой — и я буду счастлива.

Майор хмыкнул.

— Что же, хорошо, если так… В любом случае деваться некуда. Распоряжение пришло с самого верха, — палец указал куда-то на потолок, подразумевая начальство. — Значит, придётся работать. Ваш стол уже подготовили. Осваивайтесь. Позже дам тестовые задания.

— Спасибо. Вы не пожалеете.

Я уже направилась к двери, когда майор добавил мне в спину:

— У нас вольная форма одежды. Но постарайтесь одеваться не вызывающе. Мои парни должны думать о задачах, а не угадывать, каким цветом бельё на вас надето.

— Учту. — бросив одно-единственное слово, направилась к указанному столу.

Меня даже не обидело это замечание. Всего лишь констатация общего мнения о любви алларцев к ярким и полупрозрачным вещам. В моём чемодане тоже есть несколько таких вещичек, которые, однако, я собиралась носить исключительно в своей квартире.

Мой стол находился в отдалении и был закрыт чем-то похожим на ширму чуть выше моего роста. Стало смешно. Майор обезопасил меня от лишнего внимания. Да я же только за! За мониторами и проектором меня и вовсе не видать. Скромненько, компактненько, но зато в непосредственной близости окно, чтобы в промежутки отдыха любоваться на Поло. Вот только не успела я включить мониторы, как нарисовался алларец.

— Я — Славанион Торм. Можно Слава. — представился он, переходя на наш язык.

— Лараниэль. Можно Лара. — ответила в тон ему. И добавила: — На твоём месте я бы так сильно не улыбалась, а то майор Кардальски не оценит.

Подтверждая мои слова, раздалось громогласное:

— Торм! Не свою ли ошибку ты ищешь у Бойд? Быстро на место, долбани тебя астероид!

Слава манерно закатил глаза и громко протянул:

— Иду. Там такая ма-а-аленькая ошибочка, что я сейчас же всё найду.

Подмигнул и пошёл обратно к круглому столу в центре помещения, где, очевидно, проводились собрания.

Я улыбнулась. Ох уж эти алларцы! Прекрасные в своей изящности и поэтичности, но напрочь лишённые брутальности. Признаюсь, у меня наши мужчины ничего, кроме умиления и снисходительности, не вызывают. В алларском обществе испокон веков царит подобие матриархата. Нет, мужчин не унижают и никак не подавляют, а наоборот излишне жалеют и холят, как растение. На них держится уют в доме, а уж как они жонглируют сладкоголосыми речами! Во всех галактиках нет таких мастеров сочинять комплименты. За это и идеальную внешность их многие любят, чем они беззастенчиво пользуются, «садясь на шею» женщине.

Но не я. Моя семья — одна из немногих, чьи родители после моего рождения остались жить вместе. Таких не больше трети. И как бы отец ни любил мать, а она — его, для меня их отношения далеки от тех, чего бы я хотела для себя. В других мирах наших мужчин некоторые презрительно называют альфонсами, за то, что их обеспечивают сначала матери, а потом любовницы или жёны. Однако для алларцев это естественно, как дышать.

Мы зависим от наших мужчин, хотят они того или нет. А они от нас. Потому что уникальность нашей расы заключается в способности зачать потомство только от себе подобных. Как бы ни были похожи на лаврентийцев внешне, но генетически мы не подходим никому. Поэтому и вакцину рас нам не ставят, так как совершеннолетие у нас наступает неожиданно в разном возрасте, характеризуясь первой фазой созревания.