Я уже собиралась пойти спать, когда раздалась трель коммуникатора.

— В моей каюте. Через пять минут, — капитан, как всегда, был краток. Я схватила комм, вскочила с кресла и нос к носу столкнулась с Тедом.

— В каюте, значит? — хмыкнул он. — А белый тебе идет, — пилот развернулся и быстрым шагом вышел из отсека.

— Тед, я… — мой окрик поглотила пустота — землянина уже не было. Да что он о себе возомнил? Подумаешь, про растение плохо сказала. Я, может, подружилась бы с Гошей, если бы при первом знакомстве зеленый нахал не укусил меня чуть пониже спины. Да и вообще, кто просил его лезть, куда не следует? Сам напросился. Как я ни пыталась убедить себя, что ничего особенного не произошло, на душе все равно было гадко.

* * *

Даген Ди стоял перед портретом своего отца, занимавшем почти всю стену. Властный взгляд голубо-фиолетовых глаз и коса белых, рано поседевших волос делали императора Азуара похожим на сказочного Ледяного Короля, которым в туманности пугали непослушных детей.

Зал, в котором висел портрет, напоминал музей. Повсюду висели картины, в шкафах — столовые приборы и личные вещи, на маленьких столиках — игрушки. Комнату-мавзолей создал обезумевший от горя Азуар. Старый император так и не смог оправиться от потери и умер через несколько лет после восстания, взвалив пошатнувшееся государство на плечи сына.

Молодой правитель всегда приходил сюда, когда хотел остаться в одиночестве. Зал Памяти — одно из немногих мест, где это было возможно. Даген подошел к шкафу и прикоснулся к вееру своей матери. Ставший привычным ритуал помогал собраться с мыслями. Взгляд его упал на обсидиановые броши в форме андры и немеры — двух прекрасных цветков, в честь которых назвали его старших сестер. Близняшки не дожили неделю до своей свадьбы…

Каждый раз, стоило Дагену закрыть глаза, он видел, как их убивали. В ту ночь, как только в дверь постучали, мать спрятала его за решеткой камина: императрица словно почувствовала, что происходит. В это время Немера открыла дверь… и получила нож в сердце. Мать отбивалась тяжелой вазой, кажется, даже успела кому-то сломать нос, но ее схватили и перерезали горло. Андра стояла перед камином и пронзительно визжала. Она так и не пошевелилась, когда мятежник одним ударом отрубил ей голову….

Звук шагов отвлек императора от жутких воспоминаний. Нееруш. Какого… ему понадобилось? Мулиа, как всегда, наплевал на правила. Знал, что Даген простит.

— Тебе не стоит здесь находиться, если планируешь сделать то, что задумал, — Нееруш остановился рядом с портретом сестер.

— Я прощаюсь, — ардар взял в руки игрушечный меч — его подарок младшей сестре. — Завтра я запечатаю эту комнату. Если я хочу вернуть Андромеде былую силу, мне придется забыть.

— Не забыть. Простить, — мулиа провел рукой по недоделанной вышивке — работа Андры. Немера так и не смогла полюбить рукоделие, зато отлично пела.

— Простить? Кого? Давно мертвых изменников? Или сотни невиновных, вынужденных бежать от безумия моего отца? Мне некого прощать!

— Ты так и не простил себя. Ты смог спастись — и не сделал смерть своей матери напрасной, — Нееруш безжалостно чеканил слова. — Не поддался горю, как твой отец, но сумел восстановить империю после его смерти. Ты уже сделал многое, а если перестанешь винить себя за то, что остался жив, сможешь еще больше. Подумай над этим, — мулиа ушел, вновь оставив императора в одиночестве.

Властитель прошел через коридор преклонивших колени советников. Стоило ему сесть, как все синхронно поднялись и встали полумесяцем перед троном. Неукоснительное соблюдение церемониала и любовь к традициям всегда отличали двор Азуара. Даген изо всех сил боролся с пережитками прошлого, но пока не преуспел. От взгляда правителя не укрылось, что Урда, самого старого из советников, под локти поддерживают соседи. Что ж, еще один повод пересмотреть древние правила.

— Я собрал вас здесь, чтобы объявить о своем отлете в галактику Млечного пути.

Простые, казалось бы, слова вызвали огромное волнение среди собравшихся. Даген дождался, пока шепот стихнет.

— В первый день летнего цикла состоится заседание Большого галактического Совета, на котором меня уже давно приглашают присутствовать. Но я полечу не только за этим, — правитель обвел взглядом зал. — Совет — отличный повод выбраться на чужую территорию, не привлекая к себе внимания. На одной из планет, которые будут на моем пути, я проведу торжественный прием для всех бежавших от гнева моего отца. Я должен лично заверить их в своей милости и пригласить вернуться домой.

— Ваше Величество, не стоит так рисковать, — высокий ардар с гладко выбритой головой шагнул вперед, — думаю, лучше послать сообщение тем, с кем у нас сохранилась связь. Такая новость быстро распространится и без Вашего присутствия.

Раккар, умный и честный, мог бы стать правой рукой императора, если бы не был таким мнительным. Он отвечал за безопасность дворца и в каждом шорохе видел убийцу, приготовившегося напасть. Этот ардар был пятнадцатилетним юношей, когда мятежники нанесли удар. В ту ночь он, как и все собравшиеся здесь, был во дворце.

— Это хорошая идея Раккар, благодарю, — правитель позволил советнику вернуться к остальным, — Именно так я и сделаю, чтобы объявить о месте и времени приема. Леур позаботится о том, чтобы сообщение не попало не в те руки.

Мулиа с глубоким шрамом, пересекавшим все лицо, поклонился. Он стал советником еще при Азуаре. Леур первым обнаружил тела императорской семьи и бросился на поиски убийц. Издалека заметный рубец красноречиво демонстрировал, каким опасным может оказаться церемониальное оружие в умелых руках. Хотя, говорят, оставившему эту отметину не повезло гораздо больше.

— Прошу меня простить, — вновь вышел Раккар, — Но…

— Да уймись ты уже! — старик, пошатнувшись, сделал шаг вперед, — Неужели не понимаешь? Ни один из изгнанников не сунется в Андромеду только из-за сообщения! Лишь личное присутствие императора сможет убедить всех, что это не ловушка!

Урд… Старый ардар успел послужить еще отцу Азуара и, император был уверен, доживет до его собственных детей. Представить дворец без Урда было невозможно. Старец с белой как снег заплетенной в короткую косу бородой и коротко отстриженными волосами стал неотъемлемой частью Ардара, как бесконечные цветники или весенние ярмарки. Почтенный возраст не смог согнуть его гордую спину, и только ноги в последние годы стали подводить советника.

— Спасибо, Урд, — Даген с теплой улыбкой кивнул старику. — Ты на редкость точно и кратко выразил мои мысли. Прием состоится, нужно лишь решить, где и когда. Раккар, ты летишь со мной. Подбери охрану, в которой будешь уверен. Еклеон, позаботься о маршруте. Я сказал центаврианам, что посещу несколько планет из Средних миров[10] и познакомлюсь с их культурой. Старайся выбрать те, которые находятся под влиянием Земли или Марса. Неанил, составь послание для изгнанников. Не мне тягаться с твоим красноречием. Урд, выбрать планету для приема я доверю только тебе. Уверен, твои знания обычаев и истории всех рас помогут тебе найти самое подходящее и безопасное место. Если кому-то есть, что добавить, останьтесь. Остальных я благодарю за вашу помощь, — император встал. Советники по очереди откланивались и уходили.

— Рониарр, останься, — ардар с туго заплетенной черной косой, перекинутой вокруг шеи, но все равно достающей до пола, замер в поклоне. Лишь когда за последним выходящим закрылась дверь, он позволил себе выпрямиться. Рониарр единственный среди советников был младше императора — всего двадцать пять лет. Однако еще Азуар заметил не по годам образованного мальчика, а позже Даген приблизил ардара к себе.

— Слушаю, Ваше Величество.

— Я хотел поговорить с тобой об Урде, — император ждал реакции советника. Рониарр удивленно приподнял бровь. — Ты наверняка заметил, что он с трудом держится на ногах. Скоро он не сможет стоять здесь.

— Вы думаете, кем можно его заменить? — советник в замешательстве замолчал, когда Даген покачал головой.

— У Урда отказывают ноги, а не мозги. Отстранить его от дел — самый глупый поступок, который только можно совершить, — император улыбнулся. — Нет, мне нужно, чтобы ты пересмотрел дворцовый этикет. Некоторые правила безнадежно устарели. Сделай так, чтобы вы не преклоняли колени, а сидели рядом со мной. Советники должны думать о проблемах империи, а не о том, в какой момент и куда им нужно шагнуть.

— Я подумаю над этим, Ваше Величество, — Рониарр вышел из зала.

— Наконец-то решился все вверх дном перевернуть? — довольный Нееруш вышел из потайной комнаты за троном. — Долго же ты собирался.

— А ты опять подслушивал? — Даген с усталой улыбкой погрозил другу кулаком. — Я бы тебе и так все рассказал.

— Знаю, но так интереснее, — мулиа расселся на ступеньках перед императором. — Какие указания будут мне?

— Собирай вещи. Мы вылетаем в начале весеннего цикла, — ардар направился к выходу, но в дверях обернулся. — И запечатай зал Памяти. Мне будет спокойнее, если это сделаешь ты.

* * *

— Прежде, чем начать наши занятия, я хочу знать, что ты думаешь о заказе, — капитан стоял спиной, поэтому я не могла видеть его лицо. Шуаро в просторной светлой рубашке вместо привычного темно-зеленого мундира хозяйничал в кухонном уголке своей каюты. В отличие от остальных жилых помещений, его комната вмещала не только кровать и пару шкафчиков. Большая полноценная спальня скрывалась за раздвижной дверью, широкая прихожая совмещала в себе кабинет и гостиную. Я нежилась в одном из маленьких уютных кресел, расставленных вокруг низкого стола.