На глаза попалась ардарка в ярко-красном платье, полыхавшем в свете огней сияющей хрустальной вышивкой. Кажется, я часто видела эту девушку во дворце… Впрочем, уже через секунду я потеряла ее из виду. Да и как можно думать о чем-то еще, когда сильная рука уверенно и, пожалуй, чуть ближе, чем предписывает этикет, прижимает тебя к разгоряченному мужскому телу, когда каждый шаг заставляет воспарить над землей, когда не ты танцуешь, ты сама — танец? Мы летали, кружились, дразняще касались друг друга и вновь расходились. Танец-флирт, танец-дуэль, древний, как сама жизнь. Почему бы не забыть на время о том, что я — принцесса, что я — пират, которого предал мой капитан, что я — чужая в этом мире? Забыть про брата, который любит меня и изо всех сил старается скрасить мою жизнь на Ардаре, забыть про ворчливого Раккара, про проклятое кольцо, которое проступает даже через бинт, про чересчур яркие сны, после которых я просыпаюсь в слезах… Я целиком растворилась в пьянящих ощущениях свободы и вседозволенности, на которые была щедра эта ночь.

Бом-м-м!

Смолкла музыка.

Бом-м-м!

Остановился танец.

Бом-м-м!

Я пыталась успокоить скачущее галопом сердце.

Бом-м-м! Бом-м-м!

Рониарр медленно развернул меня к себе. Еще одна традиция — те, кого звон колокола застал в танце, целуются. И только от самих пар зависит, каким будет их поцелуй — дружеским и целомудренным, или полным страсти… Хорошая традиция, особенно если рядом тот, поцеловать кого ты совсем не против.

Бом-м-м!

Вообще-то, советник поступил не очень честно. Танцевать ни с кем другим он меня не отпустил, так что исход этой ночи был предрешен…

Бом-м-м! Бом-м-м!

Все эти мысли проносятся у меня в голове, не задевая сознания, когда Рониарр прикасается к моим губам. Наш поцелуй ни дружеский, ни страстный. Он полон нежности, в которой так хочется раствориться, пропасть, утонуть навсегда. Но у меня не получается.

Бом-м-м! Бом-м-м!

С последним, десятым ударом небо разгорается тысячами огней, кружащимися в безумном вихре. Я обняла Рониарра, надеясь, что он не увидит мои слезы. Пусть я сдалась, но я не забыла. Ни пылающие небеса, ни хрустальные мосты Дранго-де-Сорро, ни поцелуй на холодных камнях пляжа… С мрачной решимостью я поняла: не стать Ардару моим домом, пока мое сердце остается за пределами туманности. Пришло время действовать.

* * *

Тук-тук-тук-тук!

Не просыпаясь до конца, я натянула одеяло на голову и сделала вид, что не слышу. От жизни на «Сальвадоре» к ранним гостям вырабатывается стойкий иммунитет.

— Ли, я знаю, что ты не спишь! — донесся приглушенный одеялом голос. — Открывай!