Ева съехала из родительской квартиры в Шестнадцатом поселке четыре года назад, когда ей было семнадцать. Накопила байтов на первое время и, предав надежды родителей, уехала в Третий город. Ева собиралась поступать на творческие курсы. Никто из ее семьи не верил, что она сможет зарабатывать себе на жизнь голосом. Они не хотели, чтобы она ночами работала в каком-нибудь баре неспящего Третьего города за жалкие байты. Но Ева мечтала об этом, она должна была хотя бы попробовать. Девушка горько усмехнулась: наверное, они бы все же предпочли, чтобы она стала скорее певицей, чем гончей.
А потом… она встретила Марка, который жил с ней в одной высотке. Им посчастливилось, как говорил Марк, застрять вдвоем в лифте. С этого дня все изменилось. Он знал, что она хрома, с первой встречи, но не осуждал, не боялся, не стал избегать. Поверил в нее, убеждал, что она сможет поступить на курсы, что Ева достойна жить на Острове и выступать в лучших концертных залах. Он часами мог сидеть и смотреть, как она занимается, слушать, как Ева поет. Когда ей исполнилось восемнадцать, они стали жить вместе. Окружающие решили, что лишь для экономии, но Ева и Марк знали, что просто не могли иначе, не могли быть не вместе. Марк говорил, что работал на островитян, но в подробности не вдавался. Иногда он просил ее найти кого-то на скане для работы. И она находила. Ева доверяла ему всецело и была влюблена бесповоротно. Пока он не исчез. А она не выяснила, что ничего о нем не знала.
Из мыслей Еву вырвал звук уведомления. В личном кабинете светилось сообщение. Ева быстро пробежалась по тексту. Размер оплаты подтвержден, никакой ошибки – тысяча байтов. Но про информацию ни слова. Она вновь направила запрос. В этот момент ее мало волновала даже эта тысяча байтов.
Через несколько минут Ева громко вздохнула, увидев ответ:
«У меня есть сведения о человеке, которого ты ищешь».
Ева уставилась в экран, с силой сжимая портал в руках, и нервно обдумывала, что делать. Встала, пошла к двери и активировала панель управления, посмотрела камеры на этаже и у выхода. Ничего необычного.
Вернулась в комнату и подошла к окну, выглянула за непроницаемую панель.
«Что я делаю? Что пытаюсь увидеть с шестидесятого этажа?»
Ева развернулась к столу и открыла подвесной шкаф над ним. Вытащила небольшой пластмассовый ящик, в котором хранила набор гончей. Когда Ева не работала, то прятала все эти вещи подальше. Внутри лежал баллон с газом, но его в помещении лучше не использовать. Пластырь с успокоительным и стяжки, которые, скорее всего, не помогут. Ева достала большой нож, покрутила его и убрала обратно.
«А где мой любимчик?»
Закрыла контейнер и задвинула на полку. Вытянула черные штаны и прощупала карманы.
«Вот ты где».
Достала маленький сложенный автоматический нож и крепко обхватила рукоятку. Она умела с ним обращаться, хотя еще ни разу не использовала в деле. Зато всегда носила с собой на поиски. Он был как брелок – плоский, гладкий чехол, из которого при определенном резком движении руки вырывалось острое лезвие. Не самое опасное оружие, но талисман, вселяющий в нее уверенность. Ева часто сжимала его в кармане или держала в руке, чтобы унять тревогу.
«А теперь надо собраться. Заказчик знает, кто я, но за мной еще не пришли. Спустя две недели. Значит, он не планирует убивать меня. Это хорошо».
Ева замерла и улыбнулась себе.
«Или он и не знает, но откуда-то добыл информацию о том, кого я ищу. Это не тайна. Я четыре года в поиске, в том числе и как гончая. Да человек двадцать как минимум в курсе, что “Певец” ищет Марка из Третьего города».
Ева взяла портал и еще раз перечитала сообщения. Он не написал ее имя и не обратился к ней как к девушке. Значит, не все так плохо. Имя Марка тоже не указал.
«Может, заказчик вообще ничего не знает и стоит взять деньги? Да, возьму аванс, а там посмотрим. Если заказ еще в силе».
Ева пыталась убедить себя, что приписка про информацию ничего не значит. Или взята из слухов о певце. Она старалась отмахнуться от мыслей, что заказчик знает что-то о Марке. Но у нее ничего не вышло.
Как только речь заходила о нем, она словно становилась безумной. Пусть никто ее не понимал. Но она знала, что Марк бы с ней так не поступил. Если он попал на Остров, то обязательно вернулся бы за ней. Значит, с ним что-то случилось. И она должна узнать, что именно. Даже если он умер. Она хотела знать.
Ева отправила запрос на условия и следом получила контракт.
– Твою-то мать, – выругалась Ева вслух.
Убийц она еще никогда не ловила. Но если заказчик знает, что он будет на игре, тогда зачем ему она? Гончие таким не занимаются. Да и как она попадет в «Александрию»?
Ева зашла на страницу игры и увидела, что отбор в десятый тур заканчивается через пять дней и скоро будут объявлены новые участники.
– Твою-то мать! – повторила она.
«Как я должна успеть? И как попасть в дурацкую игру?»
Ева рухнула на диван и откинула голову. Ее ломало от сомнений. Мало того что она должна была каким-то образом попасть в «Александрию» и умудриться выжить, так ей еще надо найти убийцу.
– На кону тысяча байтов! Тысяча, на которую можно жить почти год без заказов. Или скупить сканы, – убеждала себя Ева, но думала о другом вознаграждении. О том, что не имеет цены.
«Чем я рискую? Своей жалкой жизнью?»
Ева помедлила с ответом, но знала, что уже приняла решение. Все внутри нее сопротивлялось ему. Все, кроме всепоглощающего желания найти Марка.
Она отправила запрос на уточнение контракта:
Через десять долгих минут, которые Ева расхаживала по крохотной комнате, каждую секунду поглядывая на портал, она получила ответ:
На часах было четыре сорок пять.
«Вот урод. Ждал две недели, а теперь хочет, чтобы я приняла решение за пятнадцать минут. Он давит, загоняет меня в угол. Да, тысяча байтов позволяет ему диктовать свои правила. А если он еще и уверен, что у него есть то, ради чего я готова на все… Он знает, намекает мне противным шепотом: “Бери, пока дают. Ты же гончая, соглашайся. Такого предложения больше не будет”».
Ева сжала челюсти. Зашла на страницу заказчика – чистая, как первый снег. Создана две недели назад.
«Все это для меня? И кто же стоит за этим? Может, кто-то из семьи жертвы? Или тот, кто потерял любимого или любимую? О, дьявол, может, это кто-то из горожан и специально создал такой ник, чтобы сойти за островитянина? Он знает что-то про Марка, но ему нужна ответная услуга? Найти убийцу? Охрана у нас ни к черту. Всем плевать, что происходит на поверхности. Каждый день кто-то умирает, это давно перестало быть событием. Но не для тех, кто знал жертву. Но тогда откуда у него столько байтов?»
Ева прошлась рукой по длинным светлым волосам.
«У него нет этих денег, поэтому он и написал нереальную сумму. Он знал, что я выберу информацию о Марке, а не байты. Наверное, скопил двести байтов и готов отдать их, лишь бы узнать, кто убийца, и отомстить».
Ева посмотрела на часы – осталось десять минут, чтобы принять вызов.
«Но если я попаду в игру и выживу, то этот же заказчик сможет разоблачить меня как гончую. И тогда мне точно не жить. Или он вообще ничего не знает о Марке, а только манипулирует мной? Дьявол, дьявол, чертов дьявол!»
Ева сжала кулаки и стала чуть раскачиваться всем телом. Руки свело, а уверенности так и не прибавилось. Ей надо было успокоиться и все взвесить. Она ведь может и не выдавать себя в игре, попробовать выкрутиться.
Хотя бы попробовать.
Рискнуть всем, даже зная, что ее ждет. Как и всегда.
Она прикусила губу и почувствовала металлический привкус крови. Так жить больше нельзя. Поиски Марка и безызвестность день за днем сводили ее с ума. Все вокруг сводило с ума.