Видели, как ползло что-то невидимое. Расходились в стороны кусты, в панике разбегались звери, а трава приминалась под телом незримой твари. Синица вспорхнула с ветки, ринулась прочь и вдруг упала на землю кровавым ошметком. Голова и большая часть ее тела исчезли.

Видели рощу деревьев, облепленных странными белыми грибами. При ближайшем рассмотрении грибы оказались не грибами. Человеческими ушами. Образующими причудливый, наводящий жуть, но, без сомнения, осмысленный узор. Похожий на алфавит. Словно жители леса пытались оставить письмо.

Расшифровывать не стали. Пробежали, не останавливаясь.

И чуть не врезались в человека. В деда, точнее.

Дед сидел под дубом и был благообразен настолько, что лик Светозарного в задуманном папочкой для поднятия морального духа державы новом храме можно было рисовать прямо с этой рожи. Рожа обернулась к нам, продемонстрировав в улыбке остатки гнилых зубов.

- Светлого дня вам, путники, - прошамкал дед.

Я что-то пробормотал в ответ. Светлый день стремительно обращался в ночь, которую хотелось провести в безопасном месте и подальше от всего живого. Даже если это живое выглядит нарочито безобидно.