Мерзкие холодные рыбешки посыпались на меня сверху. Вонь стала просто-таки жуткой, я прижал руки ко рту, с неимоверным усилием останавливая рвотный позыв. Если проторчать здесь достаточно долго, и правда можно преставиться. Получил пинок откуда-то сбоку, пнул Сидори в ответ. Судя по возмущенному шипению, попал удачно.

Воз был огромным, можно было спокойно поместиться впятером и заняться групповой любовью. Оставалось надеяться, что стража и правда не станет копаться в по неведомым причинам не переносящей речную воду гадости и мы спокойно проедем за ворота. И чем скорее, тем лучше. Сколько потом от этой вони придется отмываться, я предпочитал не думать.

Вопли снаружи становились громче, очевидно, драка приближалась к кульминации. Минут через десять обоз тряхнуло и мы двинулись с места. Я зажал рот руками, чуть не протолкнув себе в глотку очередную рыбешку: качку вкупе с вонью мой организм пережить не мог. От катастрофы спасало только то, что мы сегодня не ужинали.

Телега немного проехала и остановилась, послышались грубые голоса стражников. Слава Свету, очереди на въезде в город в кои-то веки не было: во всем Танаире нашлось немного идиотов, стремящихся в объятия армии Лофт. Очередь, и длинная, еще пару дней назад торчала на выезде, но минувшей ночью выпускать перестали.

Голоса снаружи, из благословенно невонючего мира за пределами телеги, стали громче. Очевидно, стража, как водится, требовала взятку, хозяин обоза сопротивлялся. Ругань продолжалась пару минут и, наконец, стихла. Не знаю, кто победил в великом споре, да меня это и не волновало. Главное, как я и предсказывал, проверять благоухающий обоз никто не полез.

Мы вздрогнули и снова покатились. Через примерно двадцать минут прекрасного путешествия телега, наконец, остановилась. Я предостерегающе пнул Сидори, полезшую было на свободу.