— И ты туда же, — с отвращением посмотрел на него Михась. — Еще один антишваб нашелся… Ну а ты-то за что их не любишь? Пампушку из кармана в детстве свистнули?

— Ну, раз полторы тысячи лет гоняют, значит, есть за что, — невозмутимо пожал плечами Васян. — А ты сам-то, случаем, не шваб? Вон как их защищаешь…

— Я? — смешался Михась. — Нет, я не немец, просто…

— Вот видишь, — дружески похлопал его по плечу Васян, — ты хоть немчуру и пытаешься отмазать, а сам к ним принадлежать не хочешь. Все равно чувствуешь, что с ними что-то не так, верно?

— Я…

Неожиданно Михась покраснел и отвернулся. Какое-то время он молча сидел, нервно постукивая пальцами по столу, затем повернулся обратно. Лицо его оказалось неожиданно спокойным.

— Знаешь, ты прав, — он кривовато улыбнулся. — Действительно, странно получается. На словах защищаю, а в душе… как все. Ты мне будто глаза открыл, спасибо. Кстати…

В глазах программиста мелькнуло нечто, что заставило Васяна напрячься и слегка отступить назад. Однажды они с корешами тормознули на улице занюханного интеллигентишку просто в поисках бабла на опохмелку. Тот выглядел обычной канцелярской крысой, но когда Васян небрежно порвал и выбросил вытащенную из его кармана фотку с какой-то девкой, внезапно бросился на него и едва не перегрыз глотку. А перед тем, как броситься, метнул точно такой же взгляд…

— Ты, Василий, когда в следующий раз по поводу швабов проехаться захочешь, — вроде бы беспечным, но слегка дрожащим голосов продолжил программист, — вспомни, что жена у меня – немка. И что в ваши игры я только из-за нее и играю. Договорились?

— Да ты что! — ненатурально удивился Васян, чувствуя, что дело и в самом деле может кончиться плохо. Как он мог забыть про драгоценную женушку этого умника? — Всерьез, что ли, принял? Я же так, просто трепался. Ну, извини, извини. Не стану больше.

— Вот и замечательно. — Михась хлопнул Васяна по плечу и отвернулся к терминалу. — О, девяносто семь процентов обработано, совсем немного осталось.

— Побыстрей бы! — с облегчением поддержал смену темы Васян. — Что с результатами?

— Порядок, — откликнулся слегка повеселевший системщик. — Округленно за Кислицына двадцать девять, Перепелкин – двадцать пять, Папазов – двадцать три, Смитсон – тоже двадцать три. Эк они ровненько идут… Между прочим, прога Кислицыну совсем немного надбавила, процентов только семь-восемь у других отняла, так что он, глядишь, и сам победил бы. Зря мы с тобой старались.

— Зря – не зря… — пробормотал Васян. — Не нам судить. Но все-таки как же у тебя легко получилось – забрался, сломал, поправил. Нет, точно ваши машины шва… буржуи придумали. Потом как-нибудь раз – и возьмут все под контроль, станут хозяевами мира…