Мотылёк задумчиво посмотрел на выключенную справочную панель. В тёмном пластике смутно отразился его силуэт.

Часы над входом показывали полдень с мелочью. Широким шагом он прошёл мимо зала ожидания, где среди фикусов и длиннолистых папоротников двое мужчин в железнодорожной форме азартно переставляли фигуры по шахматной доске. Мотылёк кивнул им, но игроки его не заметили.

По случаю тёплой погоды окна открыты. Изнутри вокзал заполнен самую чуточку горьковатым ароматом диких яблок и запахом нагретого солнцем пластика. В уголках подоконников забился сухой и ломкий облетевший яблоневый цвет.

Подойдя к ряду контрольных автоматов преграждающих выход в город, Мотылёк предъявил чип командировочного удостоверения. Автомат тихонько звякнул, извещая человека о том, что данные прочитаны. На крохотном экране появилось указание «Вход в город не разрешён. Пожалуйста, пройдите в комнату двадцать один для беседы с дежурным сотрудником СБ. Приносим извинения за доставленные неудобства».

— Вот тебе и провинциальное гостеприимство — неприятно удивился Мотылёк: — Похоже великие свершения несколько откладываются. Так же как и обед.

Пришлось отправляться на поиски двадцать первой комнаты. Продолжающие шахматное сражение игроки, в ответ на вопрос, молча показали в сторону ведущей на второй этаж лестницы.

Скользя ладонью по тёплым перилам, нагретым солнечным светом, падающим сквозь широкие окна, Мотылёк очутился перед дверью с номером двадцать три. Дальше по коридору шла двадцать пятая. Двадцать первая нашлась между двух неимоверно разросшихся папоротников. Крохотная каморка с номером и подписью «комната дежурного». Мотылька даже не удивило то, что комната оказалась заперта.

Из — за спины раздалось: — Сейчас открою.

Молодой, немногим старше самого Мотылька, безопасник, с здоровенным армейским «Шмель — М» в кобуре, спешил по коридору, дожёвывая бутерброд. Находящаяся в спящем режиме броня заковывала безопасника в гибкие, иссиня — чёрные доспехи, только белобрысая голова виднелась сверху.

— Прошу — безопасник проглотил последний кусок бутерброда — Прощения. Обеденное время.

— Проходите, товарищ — он открыл комнату и посторонился, пропуская Мотылька: — Сейчас разберёмся, чем вы, Денис Евпатьевич, показались подозрительны системе контроля. Да вы не стойте, садитесь.

Денис Евпатьевич Мотылёв, старший научный сотрудник недавно образованного научно исследовательского института самоорганизующихся систем и недоучившийся инженер, сел в кресло для посетителей, устроив рюкзак на коленях.

По мере того как безопасник читал с планшета, его лицо становилось всё более недоумевающим.