Потом приложил ноготь пальца правой руки к электронному замку наручников. Стандартные браслеты Летова, выпущенные ещё до Бедствия. Надёжное, но старьё, взломать которое — раз плюнуть. Наручники дёрнулись и с тихим щелчком разошлись. Я продолжал сидеть неподвижно. Фермер не представляет никакой угрозы, но может поднять ненужный шум. Это — не критично, но смысла преждевременно вызывать тревогу я не видел.

Сейчас толстяк на что-нибудь отвлечётся и…Вот, он уставился на жирную зелёную муху, ползущую по стене, и я в два шага оказался рядом с незадачливым охранником. Зажал ладонью открытый рот и нащупал на жирной потной шее сонную артерию. Тупые карие глаза испуганно расширились, веки хлопнули раз, другой и мужчина обмяк. Легче лёгкого.

Я немного постоял рядом со спящим. Размял руки, закрыл глаза и мысленным взором пробежался по всему телу. Контроль, абсолютный контроль. Потом вызвал в памяти карту посёлка, определил, где именно нахожусь и вспомнил, в каких местах видел бандитов, по дороге к месту заключения. На стенах — около десятка, но их можно не принимать в расчёт: свои посты они не покинут ни при каких обстоятельствах. Имеющиеся сведения совпадали с увиденным: в банде Зверя насчитывалось около полусотни стрелков и семеро Тигриц.

И я собирался убить их всех.

Начнём с моего стража. Невзирая на грозное предупреждение, тот не проявлял особой осторожности. Ещё бы, когда меня взяли я даже не сопротивлялся. Да и какое сопротивление может оказать опытным головорезам безоружный медик-волонтёр? Беззащитная тварь, прихлопнуть которую проще, чем любую полудохлую гадину Пустошей.

Ганфайтер подпирал спиной стену амбара, смотрел в небо и жевал соломину. Краем глаза стрелок отметил, что дверь сарая открылась и кто-то вышел наружу. Левая рука бандита сразу упала на рукоять револьвера. Впрочем, это и всё, что охранник успел предпринять: я ударил его костяшкой согнутого пальца в голову и проломил височную кость. Придержал падающее тело и вытащил оружие из кобуры.

Очень хорошо, что жители захваченного посёлка сидят в домах и носу наружу не кажут. Улицы пустынны и лишь горячий ветер поднимает в воздух клубы душной пыли. Вокруг — одноэтажные домики с закрытыми ставнями окон и плоскими крышами, над которыми торчат лишь ржаво-серебристые чаши водосборников. Выделяются лишь высокие защитные стены, да башня дома старосты, в центре селения. В сущности, этот посёлок ничем не отличается от десятков подобных ему в зоне Грибной стороны.

Я осмотрел трофейное оружие — вполне пригодно для использования. Глупцы делят оружие на плохое и хорошее, что нонсенс, по сути. Ведь вообще нельзя разделять предметы на оружие и прочее. Всё, что находится под рукой, можно использовать в качестве вещи, несущей смерть. Нужно только знание и умение. А револьвер в моей ладони, пусть и старый, вполне пригоден для убивания человеков.