– Я… я…

Любимец девушек сочувственно смотрит на меня.

– Не против, что мы на «ты»? – запоздало спрашивает он. – Не воображай, что своей славой я обязан тебе. Тебе не повезло, потому что ты не был предназначен для успеха. Даже если бы ты написал «Мое счастье» слово в слово, у тебя его все равно бы не было. Потому что ты – это ты, а я – это я.

Он берет меня под локоть.

– Даже такой, какой ты есть, с твоим маленьким успехом, ты раздражаешь. Ты действуешь на нервы ученым, потому что говоришь о науке, не будучи специалистом. Ты раздражаешь верующих, потому что говоришь о духовности, а сам ни к какой вере не принадлежишь. Наконец, ты раздражаешь критиков, потому что они не знают, к какой категории тебя отнести. И это непоправимо.

Мериньяк останавливается и смотрит на меня.

– Теперь, когда я вижу тебя перед собой, я уверен, что ты всегда всех раздражал. Учителей в школе, приятелей и даже членов семьи. И знаешь почему? Потому что люди чувствуют, что ты хочешь, чтобы все было иначе.

Я хочу говорить, защищаться, но не могу. Слова застревают в горле. Как этот человек, которого я всегда считал совершенно неинтересным, смог меня так хорошо понять?

– Жак, у тебя очень оригинальные идеи. Так согласись, чтобы они были подхвачены кем-то, кто может донести их до широкой публики.

У меня перехватывает дыхание.

– Вы считаете, что у меня никогда не будет успеха?

Он качает головой.

– Все не так просто. Возможно, ты прославишься, но посмертно. Могу тебе обещать, что через сто или двести лет какой-нибудь журналист, желающий доказать свою оригинальность, случайно увидит твою книгу и подумает: «А почему бы не ввести в моду писателя Жака Немро, которого никто не знал при жизни?»

Мериньяк издает смешок, в котором нет никакой злости, как будто ему искренне меня жаль, и продолжает:

– На самом деле я должен бы ревновать. Ведь меня-то забудут. Ты не считаешь, что все, что я сказал, заслуживает хотя бы короткого «спасибо»?

К своему удивлению, я бормочу: «Спасибо». Вечером я засыпаю легче, чем обычно. Нам действительно есть чему поучиться у своих врагов.

170. Энциклопедия

170. Энциклопедия

Отказаться от желаний. Эта концепция происходит от одного из трех путей мудрости, о которых говорил Дэн Миллер: юмор, парадокс, изменение. Она дублирует понятие парадокса. Именно тогда, когда мы больше не желаем чего-то, это может произойти. Это также отдых ангела. Он может спокойно работать, когда к нему больше не обращаются.

Искусство отказа от желаний невозможно перехвалить.