Он крутанул меч в руке, едва его не выронив, но все же впился пальцами в рукоять и встал в боевую стойку, смеряя Дангу взглядом. Лицо королевы покрылось капельками пота, а волосы слегка растрепались, но она все равно выглядела так, будто готова пробежать марафон и сразиться с целой армией. По лицам обоих противников было понятно, что они решили заканчивать. И они снова принялись кружить, пытаясь ввести друг друга в ступор.

Сверкающие лезвия ловили пасмурный свет неба, отражая его при каждом взмахе. Меч Данги был настоящим шедевром оружейного искусства, в отличие от старого, кое-где зазубренного, но все же крепкого оружия гвардейца. Королева снова ударила, но в ответ ей поступил удар такой силы, что меч выпал из ее руки и со звоном приземлился на каменную брусчатку. Данга ошарашенно взглянула на оружие, не веря, что это происходит с ней. Гвардеец бросился к мечу с такой скоростью, что его фигура размылась перед глазами Эралайн, и вскоре в его дрожащей левой руке сверкало еще одно лезвие, уже королевское.

Очевидно, парень никогда не тренировался бороться с двумя мечами — его движения стали неуклюжими, словно один клинок мешал ему, а не помогал или придавал уверенности. И все же на стороне Данги — хоть и безупречной в плане борьбы — не было ничего, голые руки, а она не была дурой, чтобы идти с таким арсеналом против двух мечей. Она уворачивалась от каждой неопытной атаки гвардейца, и все же с каждым взмахом двух мечей парень становился все наглее и увереннее. Он старался ударить все более непредсказуемо, и вскоре Данга, пытающаяся ускользнуть от взмаха лезвия, упала на землю, потеряв равновесие из-за своих защитных маневров.

Гвардеец буквально уселся на нее сверху, чтобы Данга не увернулась от решающего удара, который он так и не успел нанести. Эралайн лишь заметила, что парень сделал какое-то резкое движение, откатываясь в сторону от Данги. В руках у королевы был маленький кинжал — ее козырь, спрятанный в рукаве. На груди у парня выступила кровь, почти такого же оттенка, какого была его форма. Он шипел от боли и пытался подняться на ноги, все еще сжимая мечи в обеих руках. Данга, довольная собой, прохаживалась вокруг него, словно змея, примерявшаяся, куда бы лучше укусить. Она сжимала в руке свой окровавленный кинжал, и по ее позе было видно, что она целилась в грудь, прямо в сердце. Королева нагнулась, чтобы нанести решающий удар поверженному врагу, и Эралайн в последний момент заметила, как между их телами сверкнуло лезвие. Не короткого тонкого кинжала, а длинного остро заточенного меча.