— Я за ней присмотрю. — пообещал привиденчик.

Магистр неохотно уступил и ушел.

— Может, в коморке отсидишься? — предложил Ануш, с жалостью глядя на меня.

Я энергично мотнула головой. Коморка всегда казалась мне уютной и надежной, но только не сегодня. Сейчас от одной мысли о ней, меня начинало потряхивать. Слишком маленькая и темная, слишком низкий потолок, слишком мало пространства и сстены… они давят.

— Ладно-ладно. Тогда, как насчет бренди? Я знаю где хранит бутылочку наш славный профессор Брукс. — привиденчик фыркнул. — Не могу его осуждать, законодательство — скучнейший предмет, тридцать лет преподавания без особых стимуляторов едва ли кто протянул бы.

— Воздержусь. Лучше расскажи, как ты избавился от леди Шэлс и… него.

— Как избавился? Ты упала, я забеспокоился и просто вызвал охранителей. Вилора была права, они чувствуют лож и это их сила. Мне стоило только сказать, что посетители плохо влияют на самочувствие сотрудников, как самодовольная змея и этот наглый гаденыш сами изъявили желание покинуть библиотеку. И территорию академии.

— Я выглядела очень жалко?

Привиденчик повел плечами и промолчал.

— Ануш?

— Не проси меня отвечать. Врать я не хочу, расстраивать тебя тоже.

Я смотрела на него, полупрозрачного, серьезно поистратившего жизненную силу, так забавно старавшегося пощадить мое самолюбие и не могла не улыбаться.

Я боялась Сандена, кажется, боялась даже больше, чем могла себе представить. Но еще я была ему благодарна.

Убегая от него, я обрела что-то настолько удивительное и ценное, о чем раньше не смела даже мечтать.

У меня появилась новая, немного безумная жизнь, и люди, которым я была действительно важна.

Люди тоже оказались немного безумными, но я была счастлива.

— Странная ты какая-то, — пробормотал Ануш, разглядывая мое лицо. — Умом не повредилась?

— Если и повредилась, то уже давно.

Ровно тогда, когда на побег решилась. Самое лучшее безумие из всех возможных.

Я как могла, притушила свою радость, чтобы не смущать привиденчика. Не сложно было догадаться, что счастливый мой вид после недавнего обморока выглядел странно. Не знала бы, что у меня в голове творится, тоже обеспокоилась бы…