— Узнаёшь?!

— Конечно, — ухмыльнулся Тогхар и, как безумец, рассмеялся во весь голос. — То самое предложение вашей кары, что так понравилось герцогу. Зная вас, придумать его не составило ни малейшего труда. Вы же так любите друг друга и держитесь вместе! Ты даже не представляешь, какое удовольствие я получил от послания, в котором подробно рассказывалось о воплощении моей задумки в жизнь. Это было невероятно прекрасно!

— И что же тебе помешало прибыть в столицу лично? — стальным голосом поинтересовалась она, возвращая прежнее хладнокровие, но противник не стал отвечать на её вопрос.

— И сей ножичек я сам прикладывал к своему посланию. Ты не представляешь, сколько усилий мне пришлось приложить, чтобы найти столь паршивый клинок, истинно достойный твоего клана! Но неужели ты думаешь, что он способен повредить мне?!

Тогхар посмотрел на демонессу, как на сумасшедшую. Ведь он, как Рохжа, обладал очень прочной кожей.

В ответ на его взгляд Дайна неторопливым движением вытащила из-за второго голенища копию тупого ножа. Только у него имелась рукоять, обмотанная лоскутами кожи погибших на казни Дагна. А ещё у него была непревзойдённо острая заточка. Да и серебристое лезвие отливало радужными разводами, характерными для оружия из мифрила.

— А я усовершенствовала прототип, — коротко произнесла воительница, наблюдая, как улыбка сползает с лица Тогхара. — Причём настолько, что сниму с тебя кожу в несколько слоёв.

* * *

Герцог Дзэпар и виконт Ал’Берит снова сидели друг напротив друга, но на этот раз доска с фигурами на столе отсутствовала. Демоны, судя по положению тел в креслах, были расслаблены. Они просто вели неторопливую беседу.

— Головоломка сложилась, — ответил Ал’Берит. — Хдархету не следовало забывать, что я, как Главный архивариус Ада, имею доступ ко всем данным. С шахтами было что-то не ладно, хотя в документах значились лишь зацепки. Но они, ничего не значащие по отдельности, вместе преобразовались в схематичный набросок. И весьма любопытный.

— А ты, как художник, раскрасил картину красками, — подхватил собеседник аналогию и сказал, как нечто само собой разумеющееся. — Достойный шедевр непревзойдённого мастера.

— Да. Треугольник из человека, вампиров и Дагна оказался замечательной кистью. Демонессы действовали ни на шаг, не отступая от своей роли, как рукоять, зажатая в руке автора. Вампиры — ворс кисточки. Им абсолютно невозможно рисовать, пока он не соединён. А скрепляющая деталь крепко встала между тем и другим. Всё, что требовалось, так это придать первозданному материалу нужную форму.