Теперь Элрик начал лучше понимать то, что говорила ему Оуне раньше.

— Вы не создаете карту того, что существует, вы накладываете на существующее свою собственную карту!

— В известной мере. Мы не изобретаем. Мы просто определенным способом описываем. Так мы можем прокладывать пути по каждому из мириадов царств Снов, которые только этими путями и соединены друг с другом.

— На самом деле в каждом из этих царств могут быть тысячи различных земель?

— Можно сказать и так. Можно сказать — бесконечное множество земель. Дороги прокладываются таким образом, чтобы путник без компаса не забрел слишком далеко от пункта своего назначения.— Она рассмеялась почти весело.— Причудливые названия, которые мы даем этим местам, это не поэтическая прихоть, не каприз, а насущная необходимость. Наша жизнь зависит от точности описаний!

— В твоих мирах такая глубина, моя госпожа. Моя жизнь прежде зависела от доброго острого клинка!

— Пока ты зависишь от своего меча, принц Элрик, ты обрекаешь себя на необычную судьбу.

— Ты предсказываешь мне смерть, моя госпожа?

Оуне отрицательно покачала головой, на ее красивом лице

 промелькнула и исчезла улыбка, полная любви и нежности.

— Смерть почти для всех нас неизбежна — в той или иной форме. И я должна признать, если Хаос будет когда-то повержен, то инструментом этой замечательной победы будешь ты. Было бы очень печально, принц Элрик, если бы, обуздывая Хаос, ты уничтожил себя и всех, кого ты любишь, включив их в эту сделку.

— Обещаю тебе, госпожа Оуне, что всеми силами буду стараться избежать такой судьбы,— Элрик заглянул в глаза похитительницы снов, изумился их выражению, но предпочел не предаваться размышлениям на эту тему.

Они прошли по сталагмитовому и сталактитовому лесу, все деревья которого мерцали теми же самыми цветами — темно-зеленым, темно-синим, сочным красным. Вода, капая со сводов на пол, издавала музыкальные звуки. Нередко огромная капля падала на Элрика или Оуне, но природа пещер была такова, что через несколько мгновений одежда на них высыхала. Они расслабились и почти что весело шли рука об руку, но вдруг увидели фигуры, скользящие между торчащими выступами скал.

— Воины,— пробормотал Элрик. Не без иронии он добавил: — Вот когда было бы полезно оружие...

Он оценивал положение, одновременно стараясь отыскать выход через мир стихий, вспомнить подходящие заговоры, какую-нибудь сверхъестественную подмогу. Однако ничего подходящего в голову ему не приходило. Ему показалось, что умственные пути, которыми он следовал раньше, были теперь для него заблокированы.