— А я-то надеялся отдохнуть здесь от таких парадоксов,— сказал Хоукмун, проведя рукой по лицу. Он мрачно улыбнулся,— Но тут, похоже, не отдохнешь. Миры здесь постоянно переходят из одного в другой, и даже наши личности могут измениться в любую минуту.

— Мы были Тремя,— сказал Корум.— Неужели ты не помнишь, Элрик? Трое, которые Одно?

Элрик отрицательно покачал головой.

Корум пожал плечами, тихо говоря себе:

— Ну, теперь мы Четверо. Капитан что-нибудь говорил об острове, на который мы должны высадиться?

— Говорил,— сказал Элрик,— Ты знаешь, кто эти враги?

— Мы знаем столько же, сколько и ты, Элрик,— сказал Хоукмун,— Я ищу место под названием Танелорн и своих детей. Возможно, еще и Рунный Посох, но в этом я не вполне уверен.

— Мы как-то раз его нашли,— сказал Корум,— Мы трое. В башне Войлодиона Гхагнасдиака. Он нам здорово помог.

— Я тоже многим обязан Рунному Посоху,— сказал ему Хоукмун.— Когда-то я служил ему. И дорого заплатил за это.

— У нас много общего,— вставил Эрекозе.— Я тебе уже об этом говорил, Элрик. Может, у нас и хозяева общие.

Элрик пожал плечами.

— У меня нет хозяев, кроме меня самого.

И удивился, когда все остальные разом улыбнулись.

Эрекозе тихо сказал:

— Мы склонны забывать о приключениях, подобных этому, как мы забываем сны.

— Это и есть сон,— сказал Хоукмун,— В последнее время я видел много подобных сновидений.

— Если хочешь знать, все это сон,— сказал Корум.— Все наше существование.

Элрика подобная философия мало интересовала.

 Сон или реальность, какая разница. Опыт, который мы приобретаем, в обоих случаях одинаков. Разве нет?

— Верно,— сказал Эрекозе со слабой улыбкой.