— Говори, мой сладкий, что привело тебя в мое царство?

— Я думаю, простая случайность, владыка Ариох. Я упал…

— Ах, ты упал! — В этом слове было заключено нечто большее, чем его обычное значение. — Ты упал.

— …в бездну между мирами, которую мог сотворить только один из Владык Высших Миров.

— Да. Ты упал. ЭТО БЫЛ МАШАБАК!

Элрик сразу испытал облегчение, почувствовав, что гнев Ариоха теперь направлен в другую сторону. И он понял наконец, что же произошло. Гейнор Проклятый служил заклятому врагу Ариоха — графу Машабаку…

— Народ цыган служил тебе, повелитель?

— Он принадлежал мне, этот шальной народец. Полезный инструмент — многие хотели контролировать это племя. Но Машабак, которому не удалось его подчинить себе, решил его уничтожить…

— По своему капризу, мой властелин?

— Нет, он послужил мелким целям одного существа, кажется…

— Его зовут Гейнор, повелитель.

— А, Гейнор. Так, значит, он в этом участвует?

Элрик почувствовал, насколько гнетущей была наступившая тишина — его покровитель погрузился в размышления. Элрик не знал, сколько времени прошло — год, или час, или миг, но наконец Герцог Ада, чье настроение изменилось к лучшему, пробормотал:

— Ладно, мой сладкий, ступай своим путем. Но помни, что ты принадлежишь мне и душа твоего отца принадлежит мне. И то и другое принадлежит мне. И то и другое, согласно древнему договору, должно быть доставлено мне.

— Куда мне идти, повелитель?

— В Улшинир, куда же еще, — там бежали от своего пленителя три сестры, и, возможно, они уже на пути домой.

— В Улшинир?

— Не бойся, ты отправишься в путь со всеми удобствами. Я пошлю вслед за тобой твоего раба.

Владыка Высших Миров отвлекся на другие дела. Не в природе Владыки Хаоса было подолгу задерживаться на одном вопросе, если только этот вопрос не был чрезвычайно важным.

Огни погасли.