Элрик пребывал в состоянии, в котором ему было не до шуток, но он усмехнулся.
— Ну да. Я с самого начала собирался ограбить их, но это сделали их сограждане. По пути назад мы возьмем нашу долю.
Они добрались до таверны, в которой их ждала Йишана, одетая по-походному. Она явно нервничала.
Увидев Элрика, она удовлетворенно вздохнула и нежно улыбнулась.
— Значит, Телеб К’аарна мертв, — сказала она. — И теперь мы можем возобновить наши прерванные отношения, Элрик.
Альбинос кивнул.
— Такова была моя часть договора. А ты свою выполнила, когда помогла Мунгламу получить мой меч. — Элрик говорил бесстрастным тоном.
Она обняла его, но он отстранился.
— Потом, — пробормотал он. — Но этого обещания я не нарушу, Йишана.
Он помог недоумевающей женщине сесть в седло, и они двинулись назад, к дому Пилармо.
Она спросила:
— А что с Никорном? Он в безопасности? Мне нравился этот человек.
— Он умер, — сказал Элрик, и голос его сорвался.
— Почему? — спросила она.
— Потому что, как и все купцы, слишком любил торговаться, — ответил Элрик.
Наступила неестественная тишина. Трое подгоняли своих коней к Северным воротам города, и Элрик не остановился, когда остановились двое других, чтобы взять долю из сокровищ Пилармо. Он продолжал скакать, глядя вперед невидящим взглядом, и остальным пришлось дать шпоры своим коням, чтобы догнать его. Им это удалось только в двух милях от стен города.
В садах богатых бакшаанцев не было ни ветерка. Не остужал ветер и вспотевшие лица бедняков. Солнце горело в небесах, круглое и красное, и лишь тень, похожая на дракона, на мгновение заслонила его и затем исчезла.
Короли во тьме (В соавторстве с Джеймсом Которном)