Спустившись на полмили, они оказались в полной темноте — свет сюда не проникал, но впереди они увидели мелькание факелов, которые освещали часть высеченного в скалах барельефа или зияющего отверстия в громаде камня. Подъехав поближе, они увидели вызывающие трепет очертания города Нихрейна, куда посторонние не попадали вот уже несколько веков. Здесь теперь оставались последние обитатели города:

десять бессмертных, принадлежавших к расе еще более древней, чем мелнибонийцы, чья история насчитывала двадцать тысяч лет.

Над ними возвышались огромные колонны, вытесанные много веков назад в скале, гигантские статуи и широкие балконы в несколько ярусов, окна высотой в сотни футов и ступени, вырубленные в стенах пропасти. Десятеро направили свои желтые колесницы через огромные ворота в пещеры Нихрейна, стены которых были усеяны странными символами и еще более странными фресками. Навстречу им выбежали очнувшиеся после векового сна рабы, готовые служить своим хозяевам. Но и они ничуть не походили на людей тех народов, с которыми был знаком Элрик.

Сепирис передал вожжи одному из рабов, и Элрик и Дивим Слорм спрыгнули на землю, с трепетом оглядываясь вокруг.

Сепирис сказал им:

— А теперь проследуем в мои покои, там я вам расскажу то, что вы хотите знать и должны сделать.

Ведомые Сепирисом Элрик и Дивим Слорм нетерпеливо шагали по галереям и вскоре оказались в большой комнате, заполненной темными скульптурами. В нескольких больших жаровнях здесь горел огонь. Сепирис опустил свое большое тело на стул и предложил им сесть на два других таких же, высеченных из ствола черного дерева. Когда они расселись вокруг одной из жаровен, Сепирис глубоко вздохнул и обвел глазами стены зала, словно вспоминая его историю.

Элрик, слегка раздраженный этой демонстрацией неторопливости, нетерпеливо сказал:

— Прости меня, Сепирис, но ты обещал передать нам послание.

— Да, — сказал Сепирис, — но столько всего нужно мне сообщить тебе, что я прежде должен собраться с мыслями. — Он задумался, устраиваясь поудобнее на стуле. — Мы знаем, где находится твоя жена, — сказал он наконец. — И знаем, что она в безопасности. Ей не причинят никакого вреда, потому что она должна быть обменена на кое-что, находящееся в твоем владении.

— Тогда расскажи мне все, — нетерпеливо потребовал Элрик.

— Мы были в дружбе с твоими предками, Элрик. И мы были в дружбе с их предшественниками — с теми, кто выковал твой меч.

Элрик, несмотря на тревогу, слушал с интересом. В течение многих лет пытался он избавиться от рунного меча, но ему это не удавалось. Все его усилия не давали никакого результата, и ему приходилось снова и снова прибегать к помощи меча, хотя в последнее время он поддерживал свои силы в основном с помощью снадобий.