– Хотя, знаешь, за полчаса ничего не случится. Я тут как раз хотел по магазинам пройтись. Ты не против?

– Да?! – повторюсь, она не умела скрывать эмоции, хоть и очень старалась, – А, ну раз ты хочешь. Ну что за ребёнок, Артур? Тебе сколько годиков, что ты ещё плюшевые игрушки любишь? Ладно-ладно, пошли уже, – сказала повеселевшая девушка и без прелюдий сорвалась вперёд, через три секунды вспоминая о моём состоянии и мелкими шажками возвращаясь обратно.

Это всё произошло так быстро, что к моменту её возвращения я только обдумывал третье предложение.

В общем. Мы пошли по магазинчикам. И, так как метро – основной способ перебираться из города в город, – то и сувенирных лавок вокруг его выхода было много. Чертовски много.

Чертовски от слова «чёрт», а чёрт в этой ситуации – тот, кто додумался продавать милые плюшевые вещи через каждые двадцать метров! Да и ладно бы просто игрушки, так они ведь ещё все разные! Как маркетинговый ход – отлично. Как пацанский поступок – не очень.

Прошло около сорока минут. Несмотря на все хождения, Фиалка покупала действительно мало – к моей ненависти, ей хватало просто смотреть и восхищаться.

Сейчас мы стояли в магазине с тропическими животными, и стояли далеко не одни. Вокруг – группа богатеньких подростков, я, и красавица в лёгком летнем платье, с восхищением разглядывающая очередную фиолетовую гориллу.

Вайолет походила туда-сюда, что-то взяла с полки и уже было со счастливым лицом повернулась обратно, как группа парней преградила ей путь.

– Девушка, здравствуйте. Часто сюда…

– Че?

Представьте себе две театральные макси: счастливую, и испытывающую отвращение к таракану. Вот это – Вайолет. Я даже не успел проследить тот момент, когда выражение её лица перетекло с детского и радостного на лицо принцессы, увидевшей обосранного бомжа.

– Я просто тут частенько бываю, и если что, могу провести экс…

– Мне срать где, в ком и как часто ты бываешь. Ты преградил мне путь. Отойди.

– Чё?! Я ведь нормально с тобой говорю. Эй, в чём твоя про…, – привыкший к потакательсву, парень явно не мог потерпеть к себе такого отношения.

Его скулы вздулись, он сжал кулаки, а взгляд расширенных от препаратов зрачков заметно сузился.

«Твою мать, Вайолет…», – я вздохнул и пошёл к ним, – «Вот поэтому тебя никто на работе не любил»

– Отойди, от тебя наркотой несёт, – девичье лицо выражало всё большее отвращение.

– И чё? В этом твоя проблема?! Я с тобой нормально разговариваю, почему ты так отвечаешь?!

– А должна иначе? Свали говорю.

– Извинись, – прорычал парень.