— Можно подумать, что эти правила не нарушаются, — скептически усмехнулся Сомов.

— Нарушаются, как и любой закон в обществе. Всегда найдутся преступники, маньяки и прочие извращенцы. Но ты можешь быть спокоен за свою судьбу. Я порядочный человек. Считай меня своим покровителем, который будет тебе помогать, оберегать и направлять в нужное русло. Я заинтересован именно в таких дружеских и доверительных отношениях, поскольку считаю, что от них будет больше пользы, чем от невольника, работающего по принуждению.

— Мягко стелете, — недоверчиво сказал Сомов, — А как же мое незакрытое дело?

— Ах, дело, — улыбнулся герцог, и на столе появилась пухлая картонная папка перевязанная тесемками, — Это дело пойдет в архив, как нераскрытое и прекращенное в связи с истечением сроков дознания. Согласись, Вик, что это необыкновенно щедрый подарок от твоего покровителя. И подарок далеко не последний. У меня есть еще пара занимательных документов, которые будут тебе интересны.

Герцог открыл кожаную папку, где у него хранились бумаги, протянул их Сомову и одновременно нажал кнопку вызова.

— Пригласите представителя из торгового управления, — приказал он показавшемуся в дверях сержанту.

А Сомов не веря своим глазам, читал первый документ. Это была купчая на него, где аккуратным почерком Эргиса Преана была сделана запись, в которой говорилось, что он дарит своему рабу свободу. Вторая бумага оказалась официальным документом — личной грамотой на имя Виктора Сангина гражданина города Маркатана.

В кабинете появился сонный чиновник, ознакомился с купчей, попросил Сомова снять рубашку, приложил к его плечу магический амулет, сделал соответствующую запись в учетной книге и, завершив положенные процедуры, удалился. Виктор недоверчиво погладил ладонью плечо, на котором не осталось и следа от рабского клейма, которое он носил больше трех лет. Отныне он не раб, а свободный гражданин Останда. Изменение социального статуса произошло внезапно быстро и просто.

Наблюдая за ним, начальник тайной стражи тонко улыбался.

— И это еще не все, — весело сказал он, — Господин Преан был настолько любезен, что заплатил сто золотых, лишь бы мы с тобой продолжили хранить его тайну. Я ему это пообещал, в том числе и от твоего имени.

Герцог засмеялся и выложил на стол кожаный мешочек звякнувший монетами.

— Здесь пятьдесят золотых монет. Твоя часть. Думаю, лишними они не будут. Ну, так что ты решил, Виктор?

— Вы как всегда не оставили мне выбора, господин Гросс. Я просто в шоке от того как вы работаете со своими клиентами, и со мной в частности.