— Этот Альвейн негодяй. И если бы ты не разоблачил его, то он бы совершал свои подлости и дальше. Такие, как он, будут пакостить до тех пор, пока кто-то их не остановит. И потом, я ведь стою перед такой же проблемой, как и ты, только в гораздо большем масштабе. От меня зависят жизни не отдельных людей, а целых стран. И знаешь, кто помогает в последнее время решать мои проблемы?

— Кто? — против воли заинтересовался я.

— Ты.

— Я?!! — Я так изумился, что моментально забыл о своих переживаниях и удивлённо посмотрел на Ратобора.

— Да, ты. Ты относишься ко мне не как к великому князю, а как к обычному человеку, просто наделённому властью. Для тебя моё положение не что-то данное свыше, а что-то типа должности, которую я занимаю.

— Но я не хотел! Я всегда думал, что я очень почтителен с вами.

Тут Ратобор рассмеялся так весело и искренне, что я невольно улыбнулся тоже. Хотя казалось, что у меня-то никакого повода улыбаться не было.

— Это ты-то был почтителен? Энинг, да тебя бы выгнали из Китежа, если бы не видели, что я явно выделяю тебя среди других. Не сердись, но ты действительно плохо представляешь, как себя вести в присутствии монарха. Нет, по поводу твоего знания этикета я ничего не могу сказать, твои учителя хорошо потрудились. Но вот когда дело выходит за рамки этикета, ты становишься самим собой, и это слегка шокирует окружающих. Однако не расстраивайся и не старайся переделать себя. Оставайся таким, каков ты есть. Как я уже говорил, ты очень помог мне. Благодаря тебе, я взглянул на себя не как на монарха, а как на обычного человека. Для меня это оказалось немного необычно, но весьма познавательно.

Тут мне кое-что пришло в голову.

— Так выходит, я и в эти дни вёл себя не очень?

Ратобор снова расхохотался:

— Ещё как выходит. Бедняга Отто испытал настоящий шок при общении с тобой. Скажу по секрету, Отто — отчаянный педант. Подозреваю, что он и из постели встаёт строго по этикету, но это между нами. Думаю, что ему пришлось здорово помучиться, выбирая между желанием поставить тебя на место и политическим расчётом, который требовал от него проявить к тебе самые дружеские чувства.

— Неужели так плохо? — покраснел я.

— Да уж. Умеешь ты не замечать титулы. Ты распоряжался так, словно никаких королей не было и в помине. Мне приходилось постоянно озвучивать за тебя твои просьбы перед королём, а Отто ничего не оставалось, как делать вид, что всё в порядке и так и должно быть. Все эти гости совершенно растерялись и теперь считают тебя чуть ли не незаконнорождённым сыном короля, раз он так отошёл от своих принципов и несмотря ни на что оказывает тебе знаки внимания.