Выходя из комнаты, он разминулся с молоденькой русоволосой девушкой.
— Моё почтение, — раскланивался позади Фанаэлион. — Счастлив представить госпожу Лилиану Валирио, сестру Вашего дорогого друга Сандэра Валирио. Госпожа Лилиана, рад познакомить Вас с моим господином — мессиром Арнальдо де Виллано, принципалом гильдии целителей острова Брадос.
— Надо полагать, Враг не отравит нам жизнь своим существованием?
Верховный жрец Крылатого Единорога светился от радости. "Ещё бы, — подумала мурлычущая мотив популярной песенки о воре, укравшем у убийцы гонорар, Авариэль. — Наверняка Звёздный Камень, хранящийся в столичном храме Карубиала, прекратил покрываться капельками крови, и темнота в его глубинах исчезла, свидетельствуя о смерти Врага".
— Он не потревожит народ эльфов. Разумеется, если его не призовут снова в Трёхлунье, — чёрная кошка обошла жреца по кругу, не сводя со священнослужителя янтарных глазищ.
— До Бури Тысячелетия масса времени. Как ты избавилась от него?
— Не всё ли равно? — промурлыкала Авариэль. — У каждого свои секреты, а у моего Дома их больше, чем у кого бы то ни было. Тебе ли не знать?
Жрец понимающе качнул головой.
— Ты прекрасно справилась и заслуживаешь нашей признательности и награды. Высший круг готов предоставить Лунному Клейму интересующие его письмена. Мы ждём ваших переговорщиков и носильщиков.
Кошка замурлыкала громче. Все довольны, всех устраивает результат. Служитель Карубиала вообще счастлив. А относительно некоторого неведения, то это и к лучшему. Меньше неудобств и скандалов.
— Представители моего Дома не замедлят нанести визит в храм Единорога, — сказала Авариэль. — В следующий раз не нужно пользоваться услугами наёмников, в особенности Ночных Охотников, почтенный Габрилл. Попросил бы ты нас об услуге, как только потемнела Звёздная Слеза, не довелось бы посылать принцессу в дикие дебри. Враг был бы уничтожен ещё весной в Веспаркасте.
— Ты, быть может, и права, — нехотя признал жрец. — Ночные Охотники не оправдали наших надежд. Ах да, тебе известно, где принцесса? — поспешил он сменить тему разговора. — Она не появляется на приёмах и будто сторонится разумных после возвращения.
— Натиэль в моём дворце. Она перенесла большое горе, поэтому торжественные мероприятия с их лицемерной радостью вызывают у неё отвращение.
— Вот оно как, — задумчиво протянул священнослужитель. — Бедная девочка. Да пребудет на ней благословение Карубиала. А что-нибудь известно о человеке, якобы спасшем её из плена синекожих? Как-то его звали… Сандэр, по-моему.