Внутри на миг всколыхнулась обида.
Конечно. Уж детей от рабынь новый император всегда настрогает ещё целую кучу… Ровно как его отец.
— Значит, Империя никуда не денется? — Подавив неуместные эмоции, тихо осведомилась я.
Нет, на самом деле я была нереально благодарна Лаулю за право выбора. Это в очередной раз доказывало — его чувства настоящие. Вот только вдали от любимого жизни мне уже давно не было…
— Да. — Виновато выдохнул Инквизитор. — Империя нерушима, пока незыблемы её традиции… К сожалению, существование Патриора именно в таком виде обязательно для блага вселенной. Миру нужен антагонист, который предотвращает междоусобные войны за счёт сплочения большей части государств против общего, заведомо более сильного, врага. При этом Империя играет роль ограничителя многих криминальных процессов, зачастую весьма опасных… Мы как волки — теоретическое зло, являющееся на практике жизненно необходимым.
Сказанное стало для меня огромным откровением. Со столь глобального ракурса я ещё ни разу не рассматривала Патриор.
— Не самая приятная роль. — Переварив информацию, грустно обронила я.
Лауль горько усмехнулся:
— И не самая лёгкая.
Возразить было нечего.
Мы немного помолчали.
— Знаешь… — Наконец протянула я. — Там, когда ты говорил с Советом Мерита, мне показалось, будто в кресле сидит Диктатор. И до этого — когда рассуждал о Патриоре… Похоже, ты потихоньку становишься своим отцом.
Инквизитор неопределённо пожал плечами:
— Всё может быть. В конце концов, мы с ним близкие родственники, общие черты должны и будут прослеживаться. Если не во внешности, то в характере — точно. Закон природы.
В его речи отлично прослеживалась логика. И присутствовала немалая доля истины… Отчего мне становилось лишь страшнее.
Неужели история повторится? Неужто в мир придёт очередной Диктатор с куда более пугающим прозвищем?..
Нет! Я не могла этого допустить!
— А ты знаешь что-нибудь о его прошлом?.. — Решительно отстранившись от любимого, подняла глаза я.
Лауль озадаченно нахмурился.
— Наверное, нет. — Спустя пару секунд сказал он. — А что?