И всё же, девятнадцатая форма была движением, которое Цинь Му создал, чтобы отомстить за Небесного Преподобного Юя.

Неисчислимое множество вспышек меча, завораживающе танцуя во всех направлениях, окружили Янь Цилин. Каждое превращение и форма были бедствием, на которое она должна была либо ответить, либо попытаться избежать. Но с каждой следующей попыткой избежать, бедствие становилось масштабнее, а значит неминуемее и опаснее!

Танцующие мечи отрезали все пути к отступлению, заставляя её в конце концов ответить!

В момент, когда её огромная рука накрыла парня, ей пришлось использовать движения тела на пределе физических возможностей, но её всё же поразили все те тысячи мечей, погружаясь в неё, буквально, в одно и тоже время.

Янь Цилин напоминала подвешенного в воздухе дикобраза. Кровь струилась из уголка её рта, через который несколько мечей явно тоже попыталось проникнуть, оставляя снаружи торчать только свои рукояти.

Девушку скрутило от боли, после чего все летающие мечи выдавились из её тела, и она тут же запечатала свои раны, чтобы избежать лишней потери крови.

Выдавив из себя все летающие мечи, она закашлялась кровь, но не красной, а золотой, светящийся солнечным светом.

— Я знаю твоё происхождение… — Янь Цилин занялась кровавым кашлем, схватилась за своих колени и подняла голову, чтобы посмотреть на Цинь Му.

Она тяжело дышала. Вокруг неё повсюду валялись летающие мечи.

— Теперь я знаю, почему ты должен защищать Небесного Преподобного Юя, мне жаль, я не должна была использовать столько силы… — тяжёлым голосом проговорила она.

— Акх, кх, акх!

Внезапно послышался тяжёлый, гортанный кашель, доносящийся откуда-то из пылевого облака. Зрачки Янь Цилин сузились, глядя в сторону звука и видя, как там встаёт фигура.

Фигура пребывала в несравненно жалком состоянии. Из шести рук у неё осталось только одна, а каждая из его голов была вывернута под неестественным, явно несовместимым с жизнью углом, не говоря уже о том, что у них всех отсутствовало по одному куску…

Грудь фигуры, казалось, сгнила, а позвоночник был искривлён… и всё же фигура шагала, приближаясь к ней одним шагом за другим.

Пока фигура шла, от её тела, казалось, отваливались куски плоти.

Уголки глаз Янь Цилин сжались.

Отваливающаяся от Цинь Му плоть говорила о его несравненно жалком состоянии, но ещё она видела, как он обрастал новой плотью.

Он явно себя восстанавливал!

— Дао Один Багрового и Светлого Императоров… — Янь Цилин выпрямилась и попятилась. — Владыка Культа Цинь, стой! Мы с тобой не враги, Небесный Преподобный Юй может остаться под твоей опекой, мы не должны сражаться до смерти! Я уже знаю, кто ты…