Н-да. Жаль, что Кайсаровы всё же опередили нас и сумели забрать основу артефакта, но у нас хоть что-то осталось, и возможно, всё-таки получится с этим поработать, чтобы воссоздать работающий образец. На этой мысли я завис, а в голове закрутился вопрос: а зачем нужно такое оружие? В душе явно пробудился миротворец, который за мир во всём мире. «Хочешь мира – готовься к войне», – грустно вспомнил я старинную аксиому. Древнее изречение тут же подстегнуло мой боевой дух, и очередной вопрос принял более кровожадную форму: «Что будет проще? Исследовать найденные части от боевого жезла Радмилы? Или набить морду Кайсаровым и забрать недостающие предметы по праву победителя?» Думаю, нахождение на родине великого Чингисхана как-то влияло на подсознание, так как я склонялся ко второму варианту. При определённых обстоятельствах дать в табло гораздо проще, особенно когда очень хочется и ваш оппонент явно этого заслужил. Течение моих мыслей прервала Агния, сидящая в кресле напротив. Девушка уже продолжительное время зевала настолько заразительно, что я не выдержал и спросил:

– Слушай. Ты в самолёте чем занималась?

– М-м-м. А что?

– Я так понимаю, поспать ты забыла?

– Я плохо переношу перелёты. А здесь, к тому же, воздух более разряженный.

– Нормальный здесь воздух, – отмахнулся я. – Тут всего полторы тысячи над уровнем моря.

– Ты чего такой злой? – хлопая ресничками, спросила девушка.

«Вот, блин, вывернула, – офигел я от такого пассажа. – Логика-то где?»

– Чингисхан в меня вселился, – уже вслух усмехнулся я.

– Ах, простите, великий хан, что потревожила ваши мысли, – жалостливо вывела Агния, скорчив соответствующее лицо и заламывая руки на груди. – Могу ли я надеяться, что потрясатель вселенной простит недостойную женщину?

В конце своей актёрской игры девушка не выдержала и рассмеялась. Я, в принципе, от неё не отставал. Такая Агния нравилась мне гораздо больше, чем постоянно зевающая от скуки. Наш смех вызвал удивлённые взгляды сидящих в передней части микроавтобуса обеих Вяземских и Ольги.

– Эй, мне расскажите, – затребовала Катя.

Однако вопрос графини вызвал у нас с Агнией очередной приступ гомерического хохота и внятно объяснить причину безудержного веселья мы не смогли.

– Это воздух, – выдавил я из себя, когда немного успокоился. – Он здесь явно особенный.

В общем, до пункта назначения добрались в приподнятом расположении духа. Наша транспортная колонна поднялась по извилистой дороге на самую вершину невысокой горы, на которой располагалось здание необычной куполообразной формы и высотой с трёхэтажный дом. Выйдя из машины, невольно замер, любуясь открывшимся видом. До самого горизонта тянулась череда из различных каменистых возвышенностей, перемежаемых открытыми пространствами, заполненными песком. Оранжевый цвет превалировал над другими оттенками, и хотя, пока самолёт заходил на посадку, я уже успел повосхищаться с высоты, но когда стоишь вот так, один-на-один с природой, впечатления передаются гораздо ярче. «Правда холодно», – подумал я, натягивая на голову капюшон тёплой куртки. На парковке возле здания находилось с полсотни машин различного типа, в том числе и с десяток автомобилей, которые принадлежали крупнейшим в империи телевизионным каналам. «Зря приехали», – мысленно хмыкнул я, направляясь вслед за остальной компанией в сторону комплекса.