Но вот запас ужасных новостей иссяк, и гонец умолк. Велев ему отъедаться и отдыхать, Шеф повернулся к своим доверенным советникам, которые расселись вокруг в залитом солнцем верхнем зале: Торвину и Бранду, ясновидцу Фарману и бывшему священнику Бонифацию, всегда державшему наготове бумагу и чернила.

– Вы слышали новости, – произнес он. – Что будем делать?

– А есть какие-то сомнения? – спросил Торвин. – Нас призвал союзник. А ныне Церковь грабит его и лишает прав. Мы должны немедленно выступить на помощь.

– Этого мало, – добавил Фарман. – Сейчас самое подходящее время закрепить перемены. У нас есть королевство, которое разделилось в себе. Подлинный король – хоть он и христианин – выступает за нас, за Путь. Часто ли бывало, чтобы христиане распространяли свою благую весть через обращение короля, который впоследствии обращал свой народ? С нами будут не только рабы, но и фримены, и половина танов. Сейчас мы сможем обуздать христиан не только в Норфолке, но и в большом королевстве.

Шеф насупился:

– А ты что скажешь, Бранд?

Тот повел могучими плечами:

– Мы обязаны отомстить за товарищей. Среди нас нет христиан – кроме тебя, святой отец. Но остальные не христиане, они не простят врагов. Я за поход.

– Но я здесь ярл. Решать мне.

Головы медленно склонились в знак согласия.

– Я думаю вот что. Послав миссионеров, мы разворошили осиное гнездо. И теперь нас жалят. Мы должны были это предвидеть.

«Ты-то предвидел», – подумал Бранд.

– А другое гнездо я разворошил, когда забрал церковные земли. За это нас пока не ужалили, но я жду. Предвижу. И вот мое слово: до того как ударить, мы должны увидеть, где находятся наши враги. Пусть они сами придут к нам.

– А наши товарищи будут лежать неотомщенными? – проворчал Бранд.

– Мы упустим случай создать королевство Пути! – воскликнул Фарман.

– А как быть с Альфредом, твоим союзником? – вопросил Торвин.

Шеф решил взять собеседников измором. Повторил свои доводы. Возразил по всем статьям. И убедил в конце концов выждать неделю до прихода очередных новостей.

– Я лишь надеюсь, – сказал в завершение Бранд, – что сладкая жизнь не размягчила тебя. Не ослабила всех нас. Лучше бы ты побольше был с войском и поменьше – с ослами в твоем судебном присутствии.

«По крайней мере, это хороший совет», – подумал Шеф.

Желая разрядить обстановку, он повернулся к отцу Бонифацию, который не участвовал в споре и ждал лишь распоряжения записать итог или оформить приказы.