– Тогда начинай, – потребовала сестра, возвращаясь к поеданию торта. – С самого начала. Хочу понять, откуда ты вообще узнала, что эльфийка. Странный выдался денек, готова поспорить.

Софи облокотилась на подушку.

– Еще какой. А начался он с экскурсии, огромной модели динозавра и очень ярких бирюзовых глаз.

Глава 5

Глава 5

Софи не планировала столько рассказывать, но сестра все расспрашивала и расспрашивала. В итоге они охватили все: от удочерения семьей Грейди и Эдалин до обучения в Фоксфайре и жизни в Хэвенфилде. Ее сестре не верилось, что динозавры не вымерли, и она безостановочно хохотала, когда Софи рассказывала про шалости ее проказника-импа, Игги. Но больше всего ей нравилось слушать о невероятно редких аликорнах и о будущем малыше Силвени и Грейфелла.

К этому времени маллоумелт уже кончился, и Софи рассказала сестре про заварные и волнистые пирожные, про коричные сливки и про рагу из полноцветов, а еще про странные разноцветные овощи, выращенные гномами, и про то, что на вкус они были как пицца, чизбургеры и другие вкусности.

– Гномы, – повторила ее сестра. – Значит… все вымышленные существа реальны?

– Не все. Но многие. И они не такие, как в человеческих сказках.

– Точно, у тебя же не острые уши, – заметила сестра, слизывая с тарелки последние крошки. – Или, погоди, – острые?

Она попыталась убрать волосы Софи, но та шлепнула по руке.

– Нет! Хотя… будут, видимо, если доживу до Древности.

– И сколько до нее лет?

Она чуть не поперхнулась, когда услышала про бесконечную жизнь эльфов.

– Гномы тоже долго живут, – добавила Софи, пытаясь выставить все в правильном свете. – Они как деревья – у них даже зеленые пальцы и зубы, и они могут петь растениям. А дворфы похожи на моль размером с ребенка, у них острые носы, спутанный мех и маленькие глазки, потому что они много времени проводят под землей.

– Ух ты. Мир такой… странный.

– Ты даже не представляешь. Тролли наоборот – стареют. А у Сандора есть тайная девушка.

Сандор кинул на нее взгляд, от которого цветы вяли.

– Что? – спросила Софи. – Кому она расскажет?

Сандор пробормотал что-то насчет «уважения частной жизни».