Специи для носа. Ха, она была под кайфом. Меня вполне устраивал такой поворот событий. Теперь у меня появился шанс. Я больше не могла ждать.

Закрыв глаза, я представила лицо моего любимого Арона. Вспомнила, как этот высокомерный придурок впервые протянул мне руку. Цитадель Тадэхи. Осколки стекла, торчащие из его спины. Наш совместный сон в постели. Прикосновения. Любовь. Как он улыбнулся мне сегодня утром, пока я лежала в постели и чувствовала себя такой защищенной, любимой.… счастливой.

Я поступала так, потому что хотела, чтобы Арон жил вечно.

Открыв глаза, я уже собралась покинуть укрытие, когда полог палатки откинулся. Внутрь вошел крупный мужчина и огляделся. Снаружи я услышала отдаленный раскат грома.

— Где ты, Наэри?

Девушка шмыгнула носом и снова вдохнула.

— Здесь.

Мужчина шагнул вперед, из-за чего полог опустился на место, закрыв солнечный свет. Я закусила губу, чтобы не закричать от удивления. Это был Арон.

Вернее, второй аспект.

Если бы не эти разноцветные глаза, то я бы не узнала его. Арон был покрыт сверкающими доспехами, инкрустированными драгоценными камнями. Через его плечо был перекинут длинный плащ, украшенный вышивкой и отороченный густым мехом. Каждая вещь, от украшенных драгоценными камнями бус, вплетенных в его волосы, до кольца в носу, от которого прямо к уху тянулись три золотые цепочки, выглядела безвкусно. В отличие от моего Арона, этот аспект презирал обычную одежду.

Пока я следила за происходящим из своего укрытия, гедонизм Арон забрал мешочек у своего якоря и поднес тот к носу.

— Ты опять вынюхала все специи для носа?

Девушка задрожала.

— Прости. Я хотела взять совсем немного, — ее голос стал жалобным.

— Ты ничего мне не оставила, — он швырнул в женщину мешочек, который со шлепком врезался в ее щеку. — Где мое вино? А сладости?

— Вот, — нетерпеливо указала она, пробираясь к ближайшему столу. — Покормить тебя?

— Я хочу, чтобы ты съела их, — приказал он, гладя ее волосы. Арон опустил руку к поясу и расстегнул то, что было, по моему мнению, самым инкрустированным драгоценными камнями гульфиком на свете. Я бы посмеялась над парнем, если бы под всем этим дерьмом не было лица Арона.

Якорь — Наэри — запихнула в рот несколько конфет, громко жуя, а затем потянулась к нему. Арон — потаскушка Арон — тоже наклонился и поцеловал ее, проводя языком по ее губам, пока Наэри продолжала чавкать.

Фу, как же мерзко. Я понимала, что он не нуждался в пище, но, черт возьми, зрелище было отвратительным.

— Теперь вино, — сказал он. Наэри взяла бокал и отхлебнула вина, пристально посмотрев на Арона, когда он начал гладить ее щеку. Его вторая рука продолжала двигаться в районе талии, а затем раздался звон доспехов, сопровождающий открытие гульфика.