Услышав цену, лекарь крякнул не столько от огорчения, сколько по привычке. Бывший пациент действительно назвал весьма скромную цену за такой товар, видимо, рассчитывая на продолжение взаимовыгодного сотрудничества с таким полезными и важным человеком.

Тем не менее, прежде чем заплатить, Акций внимательно осмотрел покупку, задал несколько вопросов и загадал не самую лёгкую загадку.

Возможно, работорговец объяснил юному невольнику, кто хочет его приобрести, или тот сам догадался, что сделаться рабом охранителя здоровья государыни гораздо лучше, чем от зари до зари гнуть спину в какой-нибудь мастерской или стать очередной игрушкой богатого сластолюбца, только мальчик изо всех сил старался произвести на покупателя самое благоприятное впечатление. Но, даже несмотря на то, что ему это удалось, царедворец не отказал себе в удовольствии немного поторговаться.

Опытный работорговец не подвёл своего лекаря, паренёк действительно оказался старательным, расторопным, но очень прожорливым, что неудивительно, учитывая долгое путешествие по суше, а потом и по морю.

Самис был сыном богатого купца из либрийского города Фекара, а в неволю попал во время очередной войны с соседями.

Наблюдая за тем, как он старательно толчёт в каменной ступке сухую траву для приготовления средства от боли в боку, Акций досадливо поморщился, и отложив в сторону свиток с медицинским трактатом Герноса Нидосского, торопливо подошёл к столу.

— Не надо стучать, Самис! Необходимо тереть так, чтобы получился порошок. Смотри.

И он стал с силой водить каменным пестиком по гладким стенкам.

— Понял?

— Да, господин, — поклонился раб.

Убедившись, что помощник делает всё правильно, хозяин и наставник вернулся к столу, но едва успел пробежать глазами несколько строчек, написанных аккуратным, убористым почерком, как в дверь деликатно постучали. Воздев очи горе и зло скривившись, охранитель здоровья императрицы вежливо поинтересовался:

— Кто там?

— Претор Гот Камий Туг, — донеслось из коридора.

Вздрогнув, врачеватель раздражённо махнул рукой вопросительно посмотревшему на него невольнику и направился через комнату сам, озабоченно гадая: зачем он мог понадобиться сенаторской ищейке?

Тот подался вперёд, явно намереваясь войти в мастерскую, однако царедворец придержал дверь, не собираясь уступать ему дорогу, и вежливо поинтересовался:

— Вам что-то нужно, господин Камий?

— Я пришёл задать вам несколько вопросов в рамках порученного мне розыска самозванки, выдававшей себя за Нику Юлису Террину внучку достославного сенатора Госпула Юлиса Лура, — отчеканил гость подчёркнуто официальным тоном, в упор глядя на собеседника.