– Червяк! Низшее существо! Ты и в правду решил помешать мне? С энергией этого надменного болвана меня больше ничто не сможет остановить!

Свечение Каскада достигло той интенсивности, при которой смотреть на него без боли в глазах было невозможно. Каким-то шестым чувством я понял, что счет идет на секунды, и сделал первое, что пришло мне в голову. Отбросив пистолет, я покачнулся, сделал шаг вперед, и встал на пути луча, бьющего в Каскад из руки Эйренора.

И мир взорвался.

Все тело пронзила невероятная боль, все, что я ощущал в жизни до этого, показалось мне комариными укусами. Сквозь меня будто пропустили молнию, всю энергию самой крупной электростанции в мире, всю вселенскую мощь, энергию тысячи солнц. Я орал, срывая глотку, ощущая, как внутри меня закипает кровь, превращаясь в жидкое пламя, как плоть отделяется от костей, как вытекает, не выдерживающее жара, стекловидное тело из глаз…

И вместе с тем, каждой клеточкой тела я ощущал нереальную силу, кажется, взмахни я рукой, и снесу Эверест, захоти – и смогу ракетой взмыть в небо, без усилий преодолеть атмосферу и унестись к далеким звездам.

А потом возникла новая боль, в миллионы раз сильнее прежней, хотя, казалось, что это невозможно. Она возникла в районе груди, там, где на цепи висел амулет Грумли. Он будто плавился, проходя сквозь мое тело, норовя выйти из него в районе спины. Я почувствовал, что теряю сознание, в этот момент что-то грохнуло, вспыхнуло, и все прекратилось.

Я застонал и упал на пол, привалившись спиной к постаменту с Каскадом. От одежды валил пар, слабость была такой, что единственное, чем я мог шевелить, были глазные яблоки. Чем я и не преминул воспользоваться.

Кажется, бой завершился. На месте Искариэля Эйренора лежал обуглившийся труп. Валтазар стоял рядом на коленях, и пытался отдышаться.

– Ланс ван дер Тоот, – прохрипел глава Дома Серебряной Луны. – Я твой должник. Ты спас меня от…

Вдруг эльф закашлялся и схватился за горло. Одежда на нем каким-то образом разлезалась, открывая прорехи, в которых виднелось покрывающееся трупными пятнами тело. Вот лоскуты упали на пол, а сквозь пятна проступили язвы, из которых сочилась зелено-бурая жидкость. Несколько мгновений – и Трендодриэль Валтазар, глава Дома Серебряной Луны, превратился в отвратительную субстанцию, в которой виднелись остатки костей.

– Как… Как же так? – с трудом смог выдавить я.

Откуда-то появилась Изадриэль. Полумертвая, она едва ползла, с ужасом глядя на то, во что превратился ее дядя.

– Ланс… – прохрипела эльфийка. – Ланс!

Но я был не в силах ей помочь.