– Вот это правильно. По-нашему. – Яровит обернулся к большому стрельчатому окну, к чему-то прислушался и продолжил: – Времени мало, Вадим. Поэтому слушай меня внимательно. Помогать тебе я не смогу. Способности сам разовьёшь, учителей вокруг пока хватает, и кровь у тебя хорошая. Жить, если не убьют, будешь долго. Очень долго. А значит, сделать сможешь очень многое. Что тебе посоветовать, сам не знаю, я вижу лишь основу, а мелочи мне недоступны, ибо не наше время сейчас, и оказать тебе реальную помощь не в моей власти. Поэтому делай что считаешь нужным, а мои волхвы тебе помогут, знак им уже послан. Главное, сохрани наш народ и не дай людям забыть, кто мы такие и ради чего появились на белый свет. Пусть ценят себя и помнят о нас. В этом твоё основное предназначение, и ради этого тебе позволили войти в Ретропространство и даровали новое тело. Понимаешь меня?

– Да.

– Теперь можешь задать три вопроса. На большее времени не хватит.

На секунду я задумался. Передо мной сверхсущество, которое, если захочет, сможет рассказать о многом, если не обо всём. Но что для меня важнее всего? Может, узнать о стратегии врага? Она мне известна. Спросить о каком-нибудь кладе? Вроде бы ни к чему, деньги и так вскоре будут. Поинтересоваться глобальными новостями? Смысла нет, поскольку все течёт, всё изменяется. Попросить совета? Так Яровит сам сказал, что всё в наших руках и он может помогать лишь косвенно. А-а-а! Ладно. Спрошу о том, что в голову взбредёт, раз уж времени на подготовку вопросов нет.

– Скажи, предок, а как я прожил в реальности, которую ты мне показал?

– Хорошо и славно. Много воевал и врагов убивал, прямо как я, когда ещё человеком был. Но тебя предали. Свои в ловушку заманили, а тёмные отрубили голову. Судьба. А твои женщины и дети, которых ты успел вывезти с Руяна, сгорели на охотничьей заимке через три дня после смерти Вадима Сокола.

– Как часто ты будешь меня навещать?

– Это даже мне неизвестно. – Яровит развёл руками. – Редко. Раз в несколько лет, как появится разрыв в тёмной пелене, через которую летит планета. Да и то, разве во сне о чём-то поговоришь? Это только имитация общения, во время которой ты видишь лишь крохотную частичку одной из семи моих сущностей.

Остался последний вопрос. Сквозь окно в помещение, где мы находились, проникла тень, которая, словно клякса, расползалась по полу из ровных осиновых досок. Требовалось ещё что-то спросить.

– Ты сказал, что, если меня не убьют, я смогу прожить долгую жизнь. Насколько долгую?

– От сегодняшнего дня и до того мгновения, когда ты отправился в Мир Творения, то есть почти девятьсот лет. Тело твоё стареть не будет, и внешне ты всегда будешь не старше тридцати годков. Таков эффект переноса, так что радуйся, старость тебе не грозит. Но не думай, что ты особенный, ибо у тёмных такие бессмертные тоже есть. – Небожитель посмотрел на расползавшееся по полу теневое пятно, нахмурился и хлопнул меня по плечу: – Прощай, мой воин! Никого не бойся, живи по чести, не унывай и сделай что должен!