— А если не найдет?

— Ты за нас — или за степняков? — искренне удивился Найджел.

Терпение Остеона лопнуло на бородатой шуточке.

— Так. Тебе что нужно, сынок?

— Помириться пришел, — выдавил из себя Найджел. — Но вижу, тебе не до меня…

Остеон махнул рукой.

— Джель, ты понимаешь, что у нас война? Вой-на…

— Да прогонит Артан этих скотоложцев! И Рид тоже… давай бал устроим?

— Какой бал?

— Ну… скоро моя невеста должна приехать.

Остеон скрипнул зубами.

— Найджел, я не возражаю. Устраивай. Я сейчас скажу канцлеру, пусть выдаст средства. И заодно приготовь для Дилеры летний дворец, вы же не сразу в храм отправитесь, а жить в посольстве ей будет невместно.

— Хорошо. Сделаю. Ты на меня больше не сердишься?

Остеон посмотрел на сына.

Вот как есть — Лидди. Только мужской ее вариант, но такой же очаровательный, с таким же взглядом, и манера склонять голову к плечу — тоже ее…

— Не сержусь. Иди сюда, сынок…

Кто сказал, что королю нельзя обнять родимое чадушко? Даже если оное на голову выше отца вымахало?

Так Остеон и сделал.

Брат, Сестра, давно ли по дворцу бегал мальчишка с золотыми локонами, который глядел умильными глазенками, лез ко всем на ручки и требовал сладостей?

Куда ушло то время?