– До свидания, любовь моя.

Я вышел из дома и отправился к себе на Рю-Рояль.

21

21

Когда я добрался до квартиры, Луи был там. Я почувствовал его присутствие, еще поднимаясь по ступеням В нашем распоряжении оставалось еще несколько ночных часов, но я так был рад его видеть, что сразу отправился в гостиную.

Луи стоял у окна, глядя на Рю-Рояль.

В комнате горели все лампы, отчего краски на полотнах Матисса и Моне заиграли в полную силу. Луи успел переодеться, сменив испачканную кровью одежду на черные брюки и простой черный свитер из хлопка. На ногах у него были старые, поношенные туфли, некогда отличавшиеся изяществом.

Он обернулся при моем появлении, и я заключил его в объятия. Наедине с Луи я мог дать волю чувствам, которые приходилось сдерживать в присутствии Меррик Я прижал его к себе и поцеловал, как целует один мужчина другого без свидетелей. Я дотронулся губами до его темных волос, потом поцеловал его веки и наконец губы.

Впервые за все то время, что мы провели вместе, я почувствовал, что и он проникся ко мне глубоким чувством, хотя неожиданно что-то заставило его резко напрячься – это дала о себе знать рана в груди.

– Мне следовало пойти с тобой, – признался я. – Нельзя было тебя отпускать, но я чувствовал, что нужен Меррик. Поэтому остался с ней. Это был мой долг.

– Разумеется, – сказал он, – я бы и не позволил тебе покинуть ее. Меррик нуждалась в тебе гораздо больше, чем я. Не обращай внимания на рану, она уже заживает. Я столько десятилетий провел в родстве с дьяволом, что она затянется за несколько ночей.

– Не так быстро, и ты это знаешь, – возразил я. – Возьми мою кровь, она гораздо сильнее. Не отворачивайся, друг, послушай меня. Если не хочешь насытиться моей кровью, то позволь хотя бы смазать ею твою рану.

Луи был сражен горем. Он сел на стул и уперся локтями в колени.

Я не видел его лица. Опустившись на соседний стул, я принялся ждать.

– Рана затянется, не сомневайся, – негромко произнес он.

Я больше об этом не заговаривал. Что еще мне оставалось делать? Хотя я видел, что рана причиняет ему сильную боль. Это угадывалось по малейшим жестам – он начинал двигаться вроде бы плавно, но потом резко останавливался.

– Что ты думаешь о призраке? – спросил я. – Я бы хотел услышать это из твоих уст, прежде чем расскажу, что почувствовала Меррик и что видел сам.

– Я знаю, о чем вы оба думаете.

Наконец Луи поднял на меня взгляд и откинулся на спинку стула. Только тут я заметил темное пятно крови на его свитере. Рана все-таки оказалась серьезной. Мне это не понравилось. Мне было невыносимо видеть на нем кровь, как и на Меррик. Меня поразило, как сильно я люблю их обоих.