— Какой монастырь? — слабым голосом спросила леди Фледа. — Он сказал, что это был приказ Её Величества…Но неужели королева столь жестока…

— Королеве он сказал, что вы при смерти, — зло ответила Эмер, обыскивая комнату в поисках ключей или какого-нибудь подходящего предмета, вроде каминных щипцов, чтобы освободить пленниц. — Я ему кости при встрече переломаю!

— Переломаешь кости? Мне? Какая жестокость, — раздалось от порога, и Острюд ахнула, вжимаясь в стену и закрывая голову руками, а леди Фледа обняла дочь, пытаясь закрыть своим телом.

— Так и знала, что это очередная твоя подлость! — крикнула Эмер, оборачиваясь.

У выхода стоял Тилвин в сопровождении шести королевских гвардейцев. Судя по невозмутимым физиономиям стражников, вид полуголых женщин, сидевших на цепи, подобно собакам, ничуть их не тронул.

— Так и знал, что застану тебя здесь, — сказал Тилвин. — Если графиня Поэль пропала, это означает, что она опять затеяла опасное дело. Чем же еще заняться графине, как не залезть в соборное окно? А я надеялся, что ты приехала повидать меня. И поучаствовать в турнире.

— Зря надеялся! — Эмер указала на леди Фледу и Острюд, и топнула. — Немедленно отпусти их, если не хочешь, чтобы об этом узнала королева!

— Королева ничего не узнает, — заверил ее Тилвин. — Да и это неважно, в конце концов. Пойдем, тебе здесь не место. Скоро праздничный ужин, я хочу, чтобы ты присутствовала там, как хозяйка. Вместе со мной.

Острюд сдавленно всхлипнула, и Тилвин немедленно перевел взгляд на нее.

— Чем-то недовольна, маленькая шлюшка?

Она затрясла головой, а леди Фледа обняла ее еще крепче.

— Совсем страх потеряла, — бросил Тилвин. — Забыла про плетку?

— Ты еще и бьешь их? — Эмер сжала кулаки. — И после этого смеешь называть себя рыцарем?

Она бросилась на Тилвина так быстро, что он не успел защититься, и ударила его под ребра, почти без замаха. Тилвин упал на колени, силясь вздохнуть, но легкие отказались слушаться. Гвардейцы тут же схватили Эмер под руки, немилосердно завернув.

— Пустите меня, недоноски! — крикнула она, норовя пнуть державших ее мужчин, но ее никто не слушал.

Обретя дыханье, Тилвин поднялся на ноги, прижав ладонь к животу, и сказал со смешком:

— Хороший удар. Узнаю руку графини Поэль. Раньше твои удары доставались моему братцу, а теперь и я заслужил сию честь. Значит, скоро мне достанется и твоя нежность.

— Дай мне волю, и я тебя прикончу, — сказала Эмер, которую хватка гвардейцев заставила поубавить боевой пыл.

— Уведите ее, — приказал Тилвин, передвигаясь короткими шагами. — Нет, в самом деле, Эмер, зачем же было бить так сильно? Теперь я вряд ли что-то съем за ужином, а даремские повара расстарались на славу. Ведь я сказал, что скоро их любимая хозяйка вернется. Кстати, в последний день недели будет наше венчание. Я уже велел герольдам, чтобы оповестили в начале турнира.